Автор
Девушка-торт распахнула шкаф в холодном октябре, когда дождь ласково хлопал стекло. Вздувшееся тело требует теплого пуховика на вытянутые руки и ноги. Здесь каждая вещь – как кусочек вкусной истории, где мечты и реальность сливается в единое целое.
Местные над девочкой потешались. Она ни с кем не дружила, прекрасно рисовала, брала мольберт и шла в лес. И отлично вписалась в нашу с Пашей компанию. Нам было по двадцать, ей в то лето четырнадцать исполнилось, но разница в возрасте не ощущалась, Марфа читала те же книги, что я и Павел. Она была умная, добрая, думающая, не дура, как все ее ровесницы. В конце лета Павлуха прибежал ко мне весь нервный.
– Витёк! Мы ребенка ждем.
Сначала я не понял. Какого ребенка? Кто ждет? Где? Потом до меня дошло. Идиот я был, конечно, засмеялся.
– Сбылся кошмар Елизаветы.
Потом осекся, смотрю, у друга губа трясется, он попросил:
– Спрячешь нас, когда понадобится?
У меня год назад родители погибли, дорогу переходили на зеленый свет. Выскочил «КамАЗ» и сбил их, водитель сознание за рулем потерял, инсульт. Никто был не виноват. Я один остался, дом большой. Да если бы был маленьким, так же бы ответил:
– Конечно. Живите, сколько хотите.
Павлуха чуть не заплакал.
– Спасибо. Мы из Совина убежим."
"Я его молча слушал, не возражал, на аборт девушку отправить не предлагал, знал: Паша Марфу больше жизни любит, а она с ним хоть на край света, хоть крокодилу в пасть пойдет.
