Автор
Девушка-торт распахнула шкаф в холодном октябре, когда дождь ласково хлопал стекло. Вздувшееся тело требует теплого пуховика на вытянутые руки и ноги. Здесь каждая вещь – как кусочек вкусной истории, где мечты и реальность сливается в единое целое.
– Внимание, – зашептала Рина, – наша задача направить кота на Димона. Таня, вставай между окнами, Надя, твое место на пороге кухни. Никита не вылезает из-под скатерти.
– Я под столом, – уточнил парень, – не на нем сижу, не накрыт скатертью."
"– Не занудничай, – велела ему Рина. – Димон, у тебя главная роль: ты ловишь Альберта Кузьмича. Действуем так! Я подбегаю к коту! Тот кидается к окнам, чтобы вспрыгнуть на один из подоконников. Ему не дает это осуществить Таня, она стучит поварешкой по подносу. Котик лезет под стол, а там…
– Я, – перебил ее Кит, – но не имею шумозвукового инструмента.
– Бей ладонями по полу, рычи, лай, кричи, – объяснила Рина, – шуми, как можешь. Альберт попытается юркнуть на кухню. Надя лупит по кастрюле. Куда больному деться? Только в коридор! И вот он, бенефис Димона! Коробок набрасывает на парня скатерть, заворачивает его, кладет на стол…
– Не понял? Зачем Коробков меня запихивает в скатерть? – изумился Никита Павлович. – Да еще на стол бросает?
– И как только Таня вами командует, – воскликнула Рина, – объяснила же тебе: сидишь там, где находишься! Рычишь, стучишь, воешь, кричишь!
– А потом вы сказали: «Дима набрасывает на парня скатерть», – напомнил детектив.
– Почему ты решил, что речь идет о тебе? – опешила моя свекровь.
– А о ком? – засмеялся Никита Павлович. – Таня и Надежда Михайловна женщины. Дима давно не юноша.
– М-да, – крякнул Коробков, – до этой минуты я считал себя огурцом-молодцом. Вот так погибают иллюзии.
– Парень тут только я! – завершил тираду Никита.
– Ну, ты тоже овощ не молочно-восковой спелости, – заметил Димон.
– А кот? – возмутилась Рина. – Он, по-твоему, кто?
– Кот это кот! – ответил Никита. – Ладно, я сообразил, что к чему!
– Наконец-то, – выдохнула Рина. – Внимание, начали.
Мать Ивана развела руки, присела и пошла к Альберту Кузьмичу, громко напевая:
– Ах ты мой бархатный животик, иди сюда, любименький!
Британец нырнул под стол. Никита завизжал благим матом, засвистел на зависть Соловью-разбойнику.
– Ура! – завопила Ирина Леонидовна. – Чистая победа! Мои стратегия и тактика сработали. Дима, давай!
Главнокомандующий наших компьютерных войск водрузил на стол сверток и начал чесать шею. Скатерть зашевелилась, Альберт Кузьмич выпутался из ткани.
