Автор
Девушка-торт распахнула шкаф в холодном октябре, когда дождь ласково хлопал стекло. Вздувшееся тело требует теплого пуховика на вытянутые руки и ноги. Здесь каждая вещь – как кусочек вкусной истории, где мечты и реальность сливается в единое целое.
– Всегда перед стиркой проверяю, чтобы нигде не было ничего, что может прокраситься. Смотри, что я обнаружила в одном из карманчиков.
Я взяла бумажку и стала читать текст. Или у автора плохой почерк, или он очень торопился, я буквы с трудом разбирала.
Глава шестнадцатая
– Рина нашла это послание в твоей куртке? – уточнил Димон.
Я окинула взглядом членов моей команды, все сидели вокруг стола в офисе.
– Да. Ветровку я снимала в приюте, повесила ее на крючок у входа.
– Следовательно, пока ты бродила по дому, некто написал послание и подложил его в телогрейку, – сделал вывод Никита.
Я взяла листок со стола.
– Текст интересный, обращения нет. «Серафима врет. Инессу Листову отдали в ясли. Девочка – сирота, попала в благотворительный проект. Родители неизвестны. Но много нестыковок. Нужны подробности? Звоните, спросите Фиалку. Сведения продаются». Возможно, автор послания – Лера, с которой Серафима Никитична при мне беседовала. Директор отрицала присутствие ребенка с такими данными в ее учреждении.
– Лера могла находиться в комнате не одна, – предположила Риччи.
– Возможно, – согласился Димон. – Тань, я набрал номер.
Один из ноутбуков Коробкова стал издавать длинные гудки, затем ответил мужчина.
– Слушаю, – повторил баритон.
– Сергеева беспокоит, – ответила я, – корреспондент газеты, это я беседовала с Казаковой. Куртка моя висела у входа…
– Парк «Детский», улица Кочергина, бильярдная, через полтора часа.
– Парк находится рядом с гимназией, – сообщил Коробков.
Я встала.
– В сейфе есть наличка?
Ада кивнула:
– Да, возьми побольше, информатор откажется от перевода на телефон.
– Вы что-то узнали в Совине? – поинтересовалась я, открывая сейф.
– Это теперь не деревня, а городок, – затараторила Риччи, – из прежних жителей почти никого не осталось. С Леонидом Мартыновым мы уже говорили.
– Для них девяностые годы, как мне египетские пирамиды, – подключилась к разговору Ада. – Совино застроено дешевыми, но симпатичными домами. Из Москвы туда ходит рейсовый автобус. И представь, барак жив!
– Вернее, его развалины, – уточнила Риччи. – К нам пристала бабка, ей, наверное, лет двести.
