Автор
Девушка-торт распахнула шкаф в холодном октябре, когда дождь ласково хлопал стекло. Вздувшееся тело требует теплого пуховика на вытянутые руки и ноги. Здесь каждая вещь – как кусочек вкусной истории, где мечты и реальность сливается в единое целое.
Считалось, что он открывает утром врата для солнца, а вечером их запирает. Еще у него пальцев, как дней в году – триста шестьдесят пять. Но сейчас слова «двуликий Янус» имеют значение «лицемерный человек». Вы назвали его именем Серафиму, потому что она великая, как бог Янус для древних римлян? Или потому, что Казакова кривит душой?
– Как педагог этой гимназии Казакова гениальна, – воскликнула Олеся.
– Этой гимназии, – повторила я. – Следует ли понять ваши слова так: есть еще и другая школа?
– Да, – подтвердила собеседница.
– Познакомьтесь с нашим благотворительным проектом. В этом комплексе живут ребята из бедных семей, у их отцов-матерей совсем нет денег.
Некоторое время я восхищалась Казаковой, боготворила ее, думала: «Замечательная женщина, помогает детям из нищих семей». А потом совершенно случайно узнала правду.
Олеся судорожно вздохнула.
– Эти ребята – курьеры.
– Они что-то перевозят? – уточнила я.
– Да, – прошептала рассказчица, – информацию.
Я опешила.
– Это трудно объяснить, – так же тихо продолжала Банкина, – но я попробую. Курьером малыш становится лет в шесть, если у него хорошая, четкая речь. В школе прекрасный логопед-невролог, дикция у воспитанников на зависть многим. Еще есть психолог-гипнотизер, он с детьми постоянно работает, те приучены к сеансам, они – часть их жизни.
– Пока я плохо понимаю, о чем вы ведете речь, – призналась я.
Глава восемнадцатая
– Сама долго не понимала, – поежилась Олеся, – попробую объяснить на примере.
