Автор
Девушка-торт распахнула шкаф в холодном октябре, когда дождь ласково хлопал стекло. Вздувшееся тело требует теплого пуховика на вытянутые руки и ноги. Здесь каждая вещь – как кусочек вкусной истории, где мечты и реальность сливается в единое целое.
– Я и Колька? На хрена он мне?
– Кто тебе ребенка сделал? – поехал на беременную танком участковый.
– Не ваше дело, и вообще мне плохо, – отбрила Настя, схватилась за горло и изобразила сердечный приступ.
Пришлось вызывать «Скорую», девочку увезли в клинику, там она провела больше месяца и вернулась домой с дочкой, которую назвала Тамарой. Николая тогда уже в селе не было, он продал избу и уехал в Москву. Местные бабы поняли: они зря обвиняли парня в совращении Насти. Кто запустил слух, что Жуков совратил малолетнюю, так и не установили.
Когда девочке исполнилось полгода, отец, мать, дед и бабка отправились в лес, набрали грибов, пожарили и дружно отъехали на тот свет. На Анастасию мигом навесили ярлык – убийца.
– Конечно, – шептались кумушки, – дом у Ефимовых размером со скворечник, две комнаты, кухня и терраса.
Настя стала жить в доме одна и очень быстро встала на путь покойной семьи. У нее в доме собирались забулдыги, а Тамара жила, как Анастасия в детстве. Девочка добуквенно повторила судьбу матери, ходила вечно голодная, оборванная.
Я не смогла удержаться от вопроса:
– Кто?
– Илюша Листов, – повторила Вера, – сирота, он воспитывался в поселке математиков.
– Наши гости не местные, – сказала Ольга Андреевна, показывая рукой на окно.
– В двух километрах от нас, через лесок пройти, там на берегу реки поселок.
"– Мендельсон, – подсказала Вера Семеновна, – Александр Семенович и Сара Яковлевна. Очень хорошие люди, добрые, отзывчивые. После рождения сына Оксана недолго прожила.
