Автор
Девушка-торт распахнула шкаф в холодном октябре, когда дождь ласково хлопал стекло. Вздувшееся тело требует теплого пуховика на вытянутые руки и ноги. Здесь каждая вещь – как кусочек вкусной истории, где мечты и реальность сливается в единое целое.
Но у Серафимы еще есть благотворительный аналог для детей, родители которых не платят ни копейки. Инесса оказалась в милосердном отделении, будучи пеленочным младенцем. И тут появляются вопросы. В документах интерната есть сообщение об Инессе Листовой, новорожденной, которую пригрела Серафима. Но! Няня ею не занималась, денег на питание ребенка и всякое-разное необходимое не выделялось, врач к малышке не ходил, прививок ей не делали. Возникает вопрос: Инесса на самом деле была в благотворительной части приюта? Или ее там никогда не было? Но зачем тогда вписывать малышку в число воспитанников? Если бы интернат был государственный, то можно было бы заподозрить директрису в обмане: на «мертвую душу» выделяются средства, они падают в карман Серафимы.
Ада кивнула.
– У нас много белых пятен.
– Размеренная жизнь Листовой нарушилась недавно появлением женщины, которая предъявила паспорт на имя Тамары Владимировны Ефимовой, – продолжил Коробков, – она представилась женой Ильи, матерью Несси.
– Вопросы! – воскликнула Дюдюня. – Ваня, они у тебя определенно есть. Задавай.
Риччи подняла руку.
– Можно я?
– Дерзай, – разрешил Иван.
– Первый, – заявила девушка.
