Автор
В мир "Ночи дьявола" вторгается новая книга — "Курок". Этот роман продолжает предыдущие части, объединяя множество сюжетных линий в одну большую историю. Главные герои становятся все более связанными друг с другом, и их путешествия по загадочному миру приносят новые открытия и тайны. Чтение предыдущих книг "Испорченного" и "Убежища" раскрывает ключ к пониманию "Курка"....
– Если хочешь выжить, – предупредил Дэймон, – я бы на твоем месте как можно быстрее привык к этому, ведь наш брак может распасться лишь при одном условии – в случае твоей смерти.
– Или твоей, – пробормотала я."
"На мгновение все замолчали. У меня волоски на руках встали дыбом, но я мысленно улыбнулась. Я чувствовала, что он сверлит меня взглядом своих черных глаз, навсегда оставшихся в моей памяти, отчасти скрытых под завесой гладких густых волос, к которым, я была уверена, кроме меня, никто не прикасался.
– Мы понимаем, Дэймон, – наконец ответила моя мама.
Машина сбавила скорость, и я услышала, как ворота нашего поместья со скрипом открылись, и наш лимузин помчал дальше к дому. Забившись в угол и прислонившись к окну, я почувствовала, как меня пошатнуло, когда мы проехали по круговой подъездной дорожке и остановились перед парадным входом.
Возможно, мне следовало сказать спасибо за то, что мы не потеряли дом. Мой отец – мэр Тандер-Бэй – сбежал; наши коммерческие предприятия, активы, недвижимость конфисковали, и деньги в том числе, все до последнего доллара.
Мать была благодарна, что мы с Ари хотя бы могли спать в своих кроватях и не лишились места, в котором выросли.
Только она зря надеялась. Все это уже не принадлежало нам. Владельцем дома и всего содержимого в нем стал отец Дэймона.
Казалось, это должно было вызвать у меня глубокую печаль, но осознание, что мне теперь нечего терять, дарило свободу. Он никогда не сталкивался с противником, лишенным страха.
Дверь открылась, послышался шорох и движение.
– Я не выхожу, – объявил Дэймон.
После короткой немой сцены раздался несмелый протест моей сестры:
– Но…
Однако она не договорила. Не знаю, может, Ари решила, что не стоит утруждаться, или мать жестом указала ей закрыть рот, или она вспомнила его распоряжение не задавать вопросы.
