Аккомпанемент набрал силу вместе с дразнящим голосом исполнителя.
– Ю-ху! – По залу разнеслись выкрики, зрители начали подпевать и танцевать вместе с Уинтер. Наблюдая за ней, я сжал кулаки.
Твою мать, это не балет, скорее, похоже на стриптиз.
– О да, черт, – поощрительно крикнул какой-то парень.
– Черт, это горячо, – добавил другой.
Сукин сын.
Уинтер кружилась и делала шаги, сексапильно скользя руками по своему телу. Мышцы ее подтянутых бедер были видны сквозь прозрачную юбку чуть ли не до паха. Леотард не оставлял места воображению. Всколыхнувшись в воздухе, ее волосы упали на лицо. Она разомкнула губы, выглядела разгоряченной и запыхавшейся. Теплый поток крови хлынул к моему члену. Мне ужасно хотелось отшлепать ее по заднице в машине. Уинтер это заслужила.
Боже.
– У-у-ух!
Гребаные приятели Майкла из баскетбольной команды совсем головы потеряли.
Но я все еще помнил, какой трек играл в зале.
Вы такой гадкий, мистер Гринч.
Поистине рождественская песенка. И она посвятила ее мне, явно намекая, что злорадный текст описывает меня.
Умно.
Мой взгляд метнулся к Майклу и Каю, которые стояли вместе, смеялись и переговаривались, явно наслаждаясь шоу. Майкл глянул в мою сторону, улыбаясь так, словно что-то выиграл. Кай проследил за его взглядом и тоже засмеялся."
"Уинтер публично унизила меня, и всем это нравилось.
Продолжая танец, она выкладывалась на полную катушку и подпитывалась реакцией толпы, а я застегнул свой пиджак, всеми силами сдерживаясь, чтобы не потерять самообладание здесь.
Кто-то подошел ко мне. Я перевел взгляд с танцпола на Майкла.
– Знаешь что? – сказал он, усмехнувшись, и похлопал меня по плечам. – Я сегодня щедрый. Забудь обо всем, что я сказал. Оставайся сколько хочешь. Ешь, пей… – Майкл оглянулся на Уинтер и опять посмотрел на меня. – Ведь дома у тебя хлопот не оберешься, судя по всему. Ой.
Еле сдерживаясь, я позволил ему уйти, однако из ноздрей у меня буквально валил пар.
Музыка стихла, гости громко хлопали. Следя за Уинтер, я заметил подошедшего ко мне Крэйна. Она улыбалась и купалась в любви за мой счет.
– Ее нужно дисциплинировать, – произнес я.
* * *– Повеселилась? – спросил я, услышав, как закрылась входная дверь.
Свет фар проникал через шторы. Отодвинув свой стул назад, я встал из-за обеденного стола. Пес Уинтер поднял голову с моих коленей, пропустив меня.
Я знал, что она вернется домой. Хорошая девочка.
Да еще и в час ночи.
Фары погасли. Пройдя в темное фойе, я заметил, что Уинтер до сих пор была в своем костюме с вечеринки. Я положил руку ей на живот и начал оттеснять к двери.
Она резко вздохнула, упершись руками мне в грудь.
– Четыре часа, – отчитал я. – Когда думаю обо всем, что ты могла сделать за эти четыре часа…
После своего танца Уинтер исчезла.