Автор
В мир "Ночи дьявола" вторгается новая книга — "Курок". Этот роман продолжает предыдущие части, объединяя множество сюжетных линий в одну большую историю. Главные герои становятся все более связанными друг с другом, и их путешествия по загадочному миру приносят новые открытия и тайны. Чтение предыдущих книг "Испорченного" и "Убежища" раскрывает ключ к пониманию "Курка"....
* * *Это было так давно, но тот день навечно запечатлелся в моей памяти, потому что тогда я в последний раз видела лицо матери, свою спальню и новый декор, которым она украсила ее. Последний раз, когда я могла бежать куда вздумается, ведь на пути не было никакой опасности. Когда люди не нервничали в моем присутствии, когда для родителей я была любимой дочерью, а не обузой.
Тогда меня в последний раз без вопросов включали в любую компанию, и я могла наслаждаться фильмами, танцами или пьесами так, как полагается.
В тот день я в последний раз была собой, и он стал первым в новой необратимой реальности. Я не могла вернуться в прошлое. Не могла перемотать время вспять и не пойти в лабиринт, не забраться в фонтан.
Боже, я очень сожалела, что это сделала. Но от некоторых ошибок невозможно избавиться.
И вот, тринадцать лет спустя, стоя вместе с матерью рядом со старшей сестрой в день ее свадьбы, ощущая аромат ее парфюма, слушая бормотание священника о благословенном таинстве брака, я с трудом сдерживала отвращение.
Обмен кольцами, поцелуй, благословение…
И дело сделано. Моя сестра теперь замужем.
Желудок провалился куда-то вниз, в глазах защипало, когда я их закрыла. Нет.
Я не двигалась с места, слыша шорохи и шепот, в ожидании, когда мать подаст мне руку, чтобы помочь спуститься по ступенькам и покинуть пустой собор.
Мне нужно на воздух.
Только голоса матери и сестры удалялись от меня.
Те же самые холодные пальцы, к которым я потянулась в том фонтане много лет назад, коснулись моих.
– Теперь… – прошептал мне на ухо новоиспеченный муж сестры. – Теперь ты принадлежишь мне.
Глава 2
Уинтер
Наши дни
Я замерла, сжав руку в кулак и ощущая его, как он сидит напротив меня в лимузине после церемонии. Дэймон Торренс. Мальчик из фонтана.
Ребенок в помятом костюме, со спадавшими на глаза волосами и кровоточившей рукой, который почти не разговаривал и не смотрел на меня.
Теперь он стал мужчиной и определенно научился говорить. Высокий, уверенный в себе. В церкви его мрачные слова прозвучали угрожающе. Я до сих пор чувствовала запах того фонтана на нем. От Дэймона, как и от всего холодного, пахло водой и сыростью.
– Твой отец пообещал нам щедрое вознаграждение, если я проведу в браке с тобой год, – сказала Ари, сидевшая рядом с ним, напротив нас с мамой.
