Прессовать можно?
Филин стукнул кулак о ладонь.
— Только осторожно, — хмыкнул я в рифму. — Самое главное, чтобы не сбежал и имел вид живой и товарный. Да, и еще… Он может быть не так прост, как выглядит.
— Со стволом ходит? — нахмурился каратист.
— Возможно, или с другим каким-нибудь оружием.
— Каким другим? — насторожился Филин. — Не с автоматом же? Нож, шило или заточка?
— Типа того, ага, — кивнул я, уходя от подробностей и не рассказывая про смертельные инъекции таинственным ядом, которые, возможно, сделал Серому и Боцману этот таинственный гость с моей свадьбы.
Конечно, втягивать гражданских в опасные игры — не в моих правилах. Но все-таки это были не совсем невинные овечки. Вот из таких криминально-ориентированных спортивных секций в девяностых и возникнут новые формации бандитов. Беспределить будут и рэкетом заниматься, так что те самые обычные граждане станут бояться их как огня, и не зря. Поэтому рисковать я ими был готов без всякого зазрения совести.
— И еще, — продолжил я наставления. — Скорее всего, Артемий работает не один.
— Да кто они вообще такие? — не выдержал Филин. — Почему Гоша на них охотится?
— Будешь много спрашивать, не успеешь состариться. Нехорошие это люди, и точка. Их и менты ищут, и Гоша.
— Убили кого-то? — не унимался каратист.
— Короче, — проигнорировав его вопрос, продолжал я. — Второй выглядит худым, как палка. Фотки нет. Слушай и запоминай. Одет в костюм дорогой, заграничный. Взгляд колючий, на вид лет пятьдесят. Ростом — примерно, с меня. Не сутулый, не задохлик. Жилистый и подвижный. Но без суеты двигается, как змея, понимаешь?
— М-да-а… с приметами не густо, как же по такому описанию человека найти?
— Поверь, если ты с ним встретишься, ты его ни с кем не спутаешь. В глаза ему посмотри и сразу поймешь, что это он — Сухой.
— И да, и нет. Это я сам ему прозвище придумал, потому что другой информации о его личности нет.
— Ну а по нему что? — Филин одернул кимоно. Поправил пояс, будто готовился к поединку. — Какой расклад, сколько лавэ?
— В два раза больше, чем за Пузана.
Каратист присвистнул и удовлетворенно почесал макушку:
— Видно, неслабо он Гошу достал, раз такие расценки.
— Это не твое дело… Ты лучше вот что скажи… У Красноборова, у которого вы вещички подрезали, вы ничего странного не находили? — спросил я, памятуя о том, что скупщик продал Сухому «ТТ», но вслух об этом не проговорил.
— Да нет… Ничего такого. Монеты царские, разве что… Да пара икон, вроде как, старинные. А что?
— Что мне иконы.