Автор
В зале бывшего штаба смерть дышала неприятным холодком. Облезлый телефон разбивался о мою память, вспоминая эпоху Царя Гороха. Терпение коллег-оперов выносливостью не уступало, они смотрели на меня как на дурманящую реликвию прошлого. Я — курсант, вернувшийся из будущего, но прикованный к своей миссии в СССР....
Не исключено, что объект исследования был загрязнен чужеродной ДНК, поэтому проверка по базе выдала ложное совпадение…
– С кем совпадение? – сердце мое неприятно екнуло.
Коля стал говорить сбивчиво и постоянно ссылался, что скорее всего это ошибка. По мере его рассказа я мрачнел.
– Адрес запишете? – спросил Коля.
– Знаю, где он живёт, – буркнул я. – А ты домой не ходи, прямо сейчас займись и переделай всё. Такого человека опорочил…
– Да я-то что? И такое иногда бывает, когда на месте преступления посторонние лица присутствуют.
– Разберёмся, – ответил я. – Держи меня в курсе.
– Вы что задумали, Андрей Григорьевич? Давайте подождём до утра, я постараюсь заново провести исследование.
– Из-за твоих исследований я теперь хер усну. Всё, давай… Мне ещё кое-что проверить надо.
Я отключился от разговора, оделся и вышел на улицу. Старенькая приземистая тойота ждала меня на дворовой парковке под деревом. Она удивлённо посмотрела на меня пожелтевшими фарами, мол, куда это хозяин на ночь глядя? Обычно на ночные вылазки за мной приезжала служебка, и моя старушка мирно дремала во дворе.
* * *Вот и знакомый двор. Сейчас он был особенно пуст: ни алкашей на их излюбленной лавке, ни дерущихся котов, ни всевидящих бабулек с ядовитыми взглядами. Всё казалось мёртвым, даже из окон света не видно. Лишь одно окно мерцало желтизной. Он ещё не спит. Странно…
Я отпер подъездную дверь универсальным ключом для домофонов и очутился в полумраке занюханного подъезда.
Я поднялся на четвёртый этаж (лифт в пятиэтажной панельке времен Хрущева не предусмотрен) и очутился возле потёртой двери, небрежно сляпанной лет двадцать назад из листового железа.
Я знал, что звонок не работает, и тихо постучал. Звук разнёсся по пустому подъезду слишком гулко. Ночь усиливает громкость.
– Привет, – сказал я и шагнул внутрь квартиры. – Что не спишь?
– Не могу уснуть, кое-что не даёт покоя, – ответил хозяин квартиры. – У меня всегда так… старые раны бередят, так сказать, и душу, и тело… А ты какими судьбами?
От этих слов у меня пробежал по спине холодок.
– Да, тут мокруха одна неподалеку приключилась, чёт вымотался, дай думаю тебя проведаю «старого», – я хлопнул Олега дружески по плечу.
