Честно, Ли – не будь тебя, я бы нашла тысячи отговорок и не научилась бы ничему. Я ведь только о тебе и думала во время поступления, абитуры, учебы… да даже во время треклятой «шестерочки». Я думала: «Если я сдамся, как посмеется этот цвин рогатый!»
— А я думал: «Если не навещу Ветрову, она пропадет».
Я улыбнулась и потянулась к бокалу с вином; осушила его. Ли меня не жалел.. Он относился ко мне, как требовательный учитель к бестолковой ученице. И этим мне очень, очень помог. Мне захотелось сказать Ли нечто важное; эти слова давно уже должны были быть высказанными… но вырвалось другое:
— Прости, что я тебя ударила сегодня. Не знаю, что на меня нашло.
— Ты устала, — повторил мужчина мои слова, а потом искорки в его глазах стали ярче: — Не извиняйся, потому что я продолжу давить на тебя. Я буду лгать тебе. Я буду утаивать от тебя многое. Буду учить. Лишь бы ты не оказалась беззащитной, если меня не будет рядом.
У меня перехватило дыхание. Наша кошмарная встреча перестала быть кошмарной; по сути, она кошмарной не была вообще. Ли обычно запудривал мне мозги, но сегодня он, наоборот, снял с моих мозгов пудру, не накричав и не сорвавшись на мои грубости.
И только я хотела сказать то, что вертелось на языке, как к нашему столику подошел некий цент, одетый столь же дорого и неброско, как Малейв. Мужчина поприветствовал сначала меня, как полагается в высшем горундском обществе, а потом Ли.
— Блага, товарищи курсанты, — произнес он негромко.
— Блага, товарищ майор, — Малейв встал и дал мне знак, чтобы я тоже встала.
— Блага, товарищ майор, — встав, осоловело проговорила я, теряясь в догадках, откуда здесь мог взяться майор. Вспомнила, что Ли не просто так привел меня сюда. Значит, это человек что-то знает."
"Мужчина занял свободное место; к нему тотчас подошел официант. Сделав заказ, майор повернулся ко мне. Возраст у центавриан виден только в юности и в глубокой старости, а между этими состояниями возраста у них как будто и нет. Шесть сотен лет жизни из семи они находятся в расцвете и идеальной форме. Вот и майору могло быть как сто лет, так и шестьсот. Да и внешне он не отличается от обычного идеального цента: правильные черты лица, светлая ровная кожа, черные волосы и глаза, пропорциональное сложение. По выражению лица не определить, что думает. Безупречен, как андроид.
— Вы ввели девушку в курс дела, Малейв? — спросил майор у Ли.
— Нет, товарищ майор. Нина, мне удалось кое-что узнать о твоих родственниках. Если ты не против, товарищ майор сам расскажет тебе.
Сухо, без эмоций, военный изложил мне те же сведения, что я выпытала из наставника в Доме Жизни. Пока цент говорил, Ли не сводил с меня глаз. Я не притворялась, что удивлена, потому что притворяться в присутствии эмпатов глупо.