Автор
В коридоре учебного корпуса теснились курсанты. Слагор Тулл жадно искал достойную практику, в то время как я цинично подбодрила его наше участие в играх. Однако даже наша надежда не устояла против непреодолимого решения.
Кажется, что она просто смазливая, невысокая девчонка…
«Примерно так и меня видят окружающие», — подумала я мельком.
— Я знаю, о чем ты думаешь, — сказала Ингира. Голос у нее был певучий и мягкий. — О том, что я само воплощение коварства. Презренная слуга рептилоидов, предательница рода людского, убийца.
— Да, примерно так и думаю, — не стала спорить я.
Она улыбнулась, и на левой щеке ее появилась ямочка:"
"— А еще ты задумываешься, почему я служу рептилоидам. Так? Ответ лежит на поверхности. Ящеры честны, когда говорят, что хотят власти и хорошо кормиться.
Я выслушала ее, сохраняя спокойствие. Ситуация повторяется: как отца она уговаривала стать слугой, так и меня теперь уговаривает.
—Ты хочешь склонить меня на сторону спящих? Как и моего отца?
— Склонить? Я всего лишь взываю к твоему разуму. Володя мня не слушал, потому что был жертвой убеждений Союза. Я говорила ему, что за минуты неуязвимости во время атак нужно платить. Откат есть всегда: сильная слабость, истощения энергии, смерть… Он сделал свой выбор и умер, но зато как – героем! — последнее слово Ингиры сочилось ядом.
Я кивнула, признавая, что лапшу она на уши прекрасно умеет вешать, и ответила:
— То, чего я хочу, касается только меня. Ты убила Анну.
— Дети Володи были в опасности. Я пришла предупредить ее и предложить спасение. Она отказалась и попыталась привлечь к нам внимание. Пришлось ее убрать.
«Представляю, каково было Анне: пришла неизвестная девка, сказала, что от рептилоидов и потребовала отдать детей… И представляю, каково было отцу узнать об этом».
— Не жаль было убивать жену своего сына? — спросила я с презрением.
— Жаль? — с недоумением спросила она. — Это был вопрос безопасности.
