Автор
В коридоре учебного корпуса теснились курсанты. Слагор Тулл жадно искал достойную практику, в то время как я цинично подбодрила его наше участие в играх. Однако даже наша надежда не устояла против непреодолимого решения.
Род Юглийв, к примеру, в категоричной манере высказался о том, что потомкам красноволосых доверять нельзя, несколько Родов присоединились к ним в этом заявлении. Появились заметки о том, что меня видели в ночных клубах, где я, якобы, разводила бедных центов на деньги, пустили слухи о моей якобы беспорядочной половой жизни и беспринципности. Журналисты узнали, что и мой брат Артем Ветров был связан с Милу Малейв, грязь начали лить и на них.
Зато профессор Лохму и преподаватели из академии – особенно крикун Крастон – поддерживали меня.
Род Экри предлагал помощь, а сам Ниджер сокрушался, что не может прилететь. Ведь началась учеба… Пора было уже решать, как жить дальше, включаться в учебный процесс или бросать академию. И не только мне: до учебы пока не допускали и Линду с Круек.
"Представитель Верховного Совета Союза сообщил, что нас четверых – меня, девушек и Ли – собираются в скором времени наградить. Как и полагается, в Военной академии. Мы этому факту искусственно порадовались и разошлись: все эти проверки и вызовы к высокородным товарищам смертельно надоели.
Когда мы с Ли шли к аэро-площадке, нас догнал представитель Союза:
— Малейв, Ветрова, стойте! Куда торопитесь? Отпраздновать?
Мы остановились – вялые, усталые, и даже не скрывающие этого.
— Летели в игры играть, а завалили рептилоида? Это по-нашему,— Петров грубо хохотнул, но эта грубость ему шла и даже придавала очарования. — Вот что, ребята. Горундская Военная академия – это не для вас.
