Автор
В коридоре учебного корпуса теснились курсанты. Слагор Тулл жадно искал достойную практику, в то время как я цинично подбодрила его наше участие в играх. Однако даже наша надежда не устояла против непреодолимого решения.
— Если бы Вилейн не напал на меня, результат тоже мог быть лучше, — не удержалась от шпильки я.
— Ты ослушался приказа капитана, — процедила самым ледяным тоном из всех возможных Вальдола. — Я говорила, что в нашей команде не должно быть никаких конфликтов.
— Угомонись уже, Вилейн, — встрял другой курсант из нашей команды.
Угомониться? Нет, это не тот случай. Цент мнил себя лучшим среди нас. Его выводило из себя то, что капитаном стала орионка, и то, что остальные не спешат соглашаться с тем, что он – главный.
— Ты мне будешь указывать?
— Тебя что-то не устраивает? Ты чего хочешь? — сменила тон Вальдола: голос ее стал елейным.
— Я хочу нормальную команду.
Нам оставалось только поражаться величине его самомнения. Ладно бы он так выеживался на абитуре, когда еще нас не знал, но после первого курса относиться к однокурсникам так пренебрежительно – это непростительная ошибка.
— Не нравится команда? Тогда ты исключен, — проговорила Линда без тени сожаления.
— Лучше одному, чем под началом такого капитана, как ты, — не остался в долгу бывший друг Вальдолы. — А тебе, Ветрова, вообще нельзя учиться со старшими. Может, мозгами ты и подходишь, но не телом. Тебя одолеть может даже подросток. — Вилейн усмехнулся и медленно пошел по направлению к отелю.
Не нужно было принимать его слова близко к сердцу, но я приняла. У всех у нас были проблемы с самоконтролем сейчас; у каждого второго налицо признаки эмоционального напряжения, а если к этому прибавить избыток секс-энергии у каждого пятого, то получается взрывоопасная смесь.
В столовой нас ждала еще одна новость. Вечером всех практикантов приглашали на праздник в главный корпус. Танцы, песни, представление, богатый стол – звучало очень соблазнительно. Воодушевленная и надеявшаяся на то, что вечер исправит настроение, испорченное выходкой Вилейна, я поднялась в номер.
Рэй расчесывала волосы у окна. Заходя в номер, я задержала взгляд на ее гладких черных волосах, на худощавом теле.
Я коснулась шеи, которая побаливала после стычки с Вилейном. И поняла, чем меня так задели слова цента. Как и каждому человеку, мне хотелось уважения, а вместо этого я без конца получала напоминания о том, что всего лишь беженка, чудом затесавшаяся в академию.
