Автор
Циничный и жестокий Макс Воронов использует наивную девушку, чтобы отомстить своему отцу. Но неожиданно холодное сердце мафиози оттаивает, когда он понимает, что влюбился в ту, кого считал всего лишь орудием мести. Теперь ему предстоит выбор между местью и любовью, между прошлым и будущим.
Раздел Chitat.online для книги «Лабиринт» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Циничный и жестокий Макс Воронов использует наивную девушку, чтобы отомстить своему отцу. Но неожиданно холодное сердце мафиози оттаивает, когда он понимает, что влюбился в ту, кого считал всего лишь орудием мести. Теперь ему предстоит выбор между местью и любовью, между прошлым и будущим.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Циничный и жестокий Макс Воронов использует наивную девушку, чтобы отомстить своему отцу. Но неожиданно холодное сердце мафиози оттаивает, когда он понимает, что влюбился в ту, кого считал всего лишь орудием мести. Теперь ему предстоит выбор между местью и любовью, между прошлым и будущим.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Псина заскулила, заваливаясь на бок, пока другая впилась клыками в мою левую руку и яростно трепала ее. От боли перед глазами поплыли разноцветные круги. Я ударил зверя между глаз кулаком, но он не разжал челюсти, и тогда я со всей дури всадил нож ему в глаз, стряхивая с себя.
Рука тут же занемела и вспыхнула огнем. Я откинулся на спину, тяжело дыша. Отодрал рукав, осматривая рану. Вены не задеты — жить буду. Надеюсь, псины привиты от бешенства. Вдалеке уже слышался лай с рычанием, крики о помощи, а потом и жуткие вопли. Меня передернуло, когда я представил себе, что там сейчас происходит. Кому-то повезло намного меньше, чем мне. Если б не нож, я бы сейчас стал ужином для ротвейлеров Ахмеда. Встал на ноги и пнул мертвого пса носком ботинка. Сука, вывел мне руку из строя.
Где-то потрескивала рация, и я затаился, прислушиваясь, потом взобрался на дерево, выжидая и стараясь не думать о боли в руке, которую начало подергивать. А вот и охотники. Как проклятия Египта, одно за другим. Хорошо, что Азиат саранчу не разводит.
Несколько псин прошмыгнуло внизу, направляясь к месту трапезы пантер, а я медленно выдохнул, всматриваясь в фигуры людей с ружьями, бегущих следом. Они остановились у трупов собак, оглядываясь по сторонам.
— У кого-то из этих уродов было оружие. Того пацана тоже зарезали до того, как кошки им поужинали.
— Пантер уже загоняют обратно. Ахмед решил, что это неудачная затея — зато покормил, сука жадная.
Мужики заржали.
— Хорош скалиться. Вы мне лучше скажите, как у одного из них нож оказался?
— А хрен его знает. Всех досмотрели перед стартом."
"— Плохо смотрели. Давайте в лес. Он не мог далеко уйти. Свиридов, осмотрись тут и отчитайся Ахмеду. У нас осталось восемь мишеней, и все двигаются в направлении оврага. Разделимся, прочесывайте местность — раненых добить. Ахмед приказал живых не оставлять.
Они побежали дальше, а тот, кого назвали Свиридовым, остановился прямо под моим деревом и, достав сигарету, закурил.
— Ага, щас я тебе тут с лупой лазить буду. Умник, бл***.
Он включил рацию.
— Ахмед Айдинович, восемь трупов на данный момент. Трое выбыли еще в начале игры, остальных мы сами сняли. Этого не нашли. Углубляемся в лес. Пантеры жрут падаль, а псы сбились со следа из-за запаха крови. Парочку псин кто-то подрезал.
— Что значит, кто-то подрезал, мать твою? Кто?
— Да не знаем. Не нашли еще.
— Еще одно твое ""не знаю"" и я сам тебе яйца отрежу. Искать.
— Понял. Ищем. Сразу доложу.
Я думал всего лишь несколько секунд, а потом спрыгнул прямо на него, тут же всадил ему нож в горло по самую рукоять. Охотник завалился на спину, а я точным движением вогнал лезвие сначала в один глаз, потом в другой. На секунду замер, понимая, что оставил метку по привычке, что было недостаточно просто убить.
