Автор
Я припарковался возле элегантного ночной клуба "Нирвана", глянул на часы. Время еще есть — идеальное время для немного психологического давления, показывающего дорогу к встрече и неспешности в движениях. Провел пять минут по волосам, заглаживая назад и оглядывая здание, напоминающее купол, усеянный звездами....
Мне даже запахло страхами, и я невольно удивилась, увидев свое отражение в окне отъезжающего автомобиля. Ведь там оказалась не девчонка в рваных джинсах, а женщина в элегантном платье. Все то же: улицы, дома, деревья, а я другая. Как на старой картине свежие мазки яркой краски. Так и я в этом городке, посреди безлюдных улиц, летающего пуха, пыли в туфлях на шпильке, с дорогой сумочкой, уложенными волосами.
Я определенно не могла быть такой именно здесь. Возле частного дома, в котором сняла себе комнату, побоявшись вернуться в квартиру, где оставила свое прошлое, детство и те самые страхи, которые даже спустя три года заставляли меня вскакивать с постели посреди ночи, тяжело дыша и прислушиваясь к шагам за дверью.
Я так и не зашла туда ни разу. За всю неделю своего пребывания здесь. Ту самую улицу обходила стороной. Словно именно там спрятались все чудовища из-под кровати, словно там все еще звучит голос пьяного отца, звенит битое стекло, звякают пустые бутылки и воняет грязью, пылью и маминой смертью.
"Устроиться на работу в местную детскую больницу не составило труда — у них, как и везде, страшная нехватка рабочих рук, дефицит всего, что только можно. Практикантка, которая готовая отрабатывать в любую смену, стала глотком свежего воздуха для озверевшего от усталости и безденежья персонала.
Как ни странно, именно здесь я почувствовала себя иначе. Когда кто-то остро в тебе нуждается и нет времени даже в окно посмотреть, становится некогда себя жалеть. Потому что твоя жалость нужна кому-то еще, а потом еще, и так до бесконечности.
В травматологии кровати в коридорах стоят, мест катастрофически нет, а летом всегда повышенный травматизм. Сломанные руки, ноги, ребра, счесанные колени, локти. Ожоги разной степени тяжести после костров, пикников, вылазок к речке-вонючке.
Я домой приползала, чтоб поспать пару часов, и снова шла на смену. В зеркало взгляд брошу, волосы в хвост, и вперед — убивать жалость к себе и ненависть. Зачем летать в Африку, зачем искать несчастных и обделенных где-то за морями? Когда их здесь, в нашей стране, на каждом углу.
