Едва заметив переходившую дорогу Киру, вскочил и двинулся навстречу.
– Формальности с визой? – Он развел руками. – Я уже решил, что вас заперли в подвал, чтобы подвергнуть насильственной депортации!
Она предпочла промолчать. Но не заметить, что настроение у Киры изменилось, было невозможно. Жак встревоженно всмотрелся в ее лицо.
– Что случилось? Ты напугана?
– Может, нужна помощь?
– А чем ты мне поможешь?
Жак с удовлетворением отметил, что они незаметно перешли на «ты».
– Отвези меня, пожалуйста, в отель, – попросила Кира.
– Зачем в отель? Нас ведь ждет морская прогулка! Белоснежная яхта, голубая вода, чайки…
– Боюсь, я не настроена.
– Oh mon dieu! – он вскинул руки к небу. – Настроение у нее меняется, как ветер в сезон дождей. Но что случилось?
– Ничего особенного. Но я лучше поеду в отель.
Но Жак оказался настойчив.
– Кира, – он взял ее за руку. – Что бы ни случилось и если это не требует немедленного выезда из страны, экстренного посещения банка или срочной госпитализации, предлагаю лучший рецепт парижан на все иные случаи жизни – нужно развеяться.
Ему не потребовалось прилагать слишком много усилий: Кира не потеряла способности логически мыслить. Ну, забьется она в номер, и что дальше? Улучшится настроение? Развеются все невзгоды? Или наоборот – накатит волна беспросветного отчаяния и тоски, а все страхи только многократно усилятся?
– Ладно, давай развеемся!
– Вот это другое дело!
Через десять минут красная «Альфа-Ромео» запарковалась на гостевой стоянке располагавшейся неподалеку марины – искусственного залива с обустроенной стоянкой для яхт. Жак помог Кире выбраться из машины, подхватил сумку с пляжными принадлежностями, и быстро провел ее к зафрахтованному суденышку. Яхта и впрямь была красива. Небольшая, остроносая, она весело поблескивала на солнце белым лаком и вся была устремлена в море, к золотисто-синему горизонту.
– Рад приветствовать вас на борту моей прекрасной «Снежинки», – басом сказал капитан – довольно грузный мужчина со старомодными бакенбардами и киношной трубкой в руке. «Это его подлинный образ, или подгонка под устойчивый стереотип? – подумала Кира. – На городском празднике вполне мог бы выступать в роли морского волка…»
– Зовите меня Старый Шарль! У нас все запросто, не выношу официоза, – сказал он и затянулся трубкой.
Помощник капитана, точнее, единственный матрос на судне, – был не менее колоритен. Молодой парень, молчаливый и обветренный, загоревший до шоколадного цвета, – так и напрашивалось сказать – «просоленный ветрами, – приветствовал пассажиров сдержанным кивком и без лишних слов принялся крутить ручку якорного подъемника. Кира не могла отделаться от чувства, что угодила на съемки подросткового фильма.