Он уже не был так убежден в своей правоте. Темный тоже перестал улыбаться.
– Хорошо, – устало сказал ярл. – Через два дня я возьму их жизни, если не по воле вашего Меслава, то против нее…"
"Кровавая бойня была отсрочена. Большего от ярла нельзя было ожидать – Темный совсем заморочил его.
В темнице все тот же кузнец приковал нас к крюкам. Пока он монотонно тюкал молотом, заклепывая разбитые звенья, я думала. Конечно, можно было понадеяться на Светозарова гонца, но кто знает, не постигнет ли его участь первого? А времени мало – через два дня Эрик потребует наши жизни, и Темный постарается доставить удовольствие своему богу…
– Васса! – вдруг радостно завопил Бегун.
С чего это он вспомнил о ладожской красавице?
– Васса, – начал объяснять он. – Темный не знает о Вассе! Если она пойдет к Меславу и расскажет ему все, без утайки…
– То Меслав убьет нас сам, – закончил за него Лис.
– Да нет же! – Бегун чуть не бился в цепях, мешая работать терпеливому кузнецу. – Меслав просто отдаст нас Эрику! Никто больше не умрет!
– Верно. – Медведь, громыхнув цепями, дотянулся до Бегуна, хлопнул его по плечу и тут же огорченно осекся: – Но откуда Вассе знать о наших бедах? Стрый вряд ли даже слухам просочиться позволит…
Показалось мне или впрямь молот кузнеца приостановился при имени Стрыя? Почему бы и нет? Кузнец ладожский вполне мог знать кузнеца дубовицкого. А если так…
– Кузнец! – Я хотела шепнуть тихо, чтобы не услышал дружинник у дверей, но вышло, словно крикнула во все горло. Видать, когда долго чесночной ладонью рот затыкают, невольно орать начинаешь…
– Я понял, – неожиданно быстро отозвался кузнец, – расскажу Стрыю.
– Не ему! – зашептал Бегун. – Сестре его, Вассе!
– Ему, – упрямо возразил кузнец. – Я его с малолетства знаю – хороший человек, честный. Коли правда ваша, то он вас в беде не оставит.
– Вассе… – застонал Бегун.
– Не вертись! – разозлился кузнец. – Работать мешаешь! А будешь настаивать, так вовсе никому о вас сказывать не стану…
Бегун покорно замолчал. Кузнец заклепал последние звенья и вышел, сопровождаемый тяжелым вздохом Медведя. Захлопнулась за ним дверь, замкнула от нас светлый мир, где смеялись, ничего не ведая о нависшей беде, люди, пировали, забывая за братиной обиды, Светозар с Эриком, скакал к Ладоге на взмыленном коне быстрый боярский гонец, и стояла на высоком берегу избушка с прежней моей соперницей, а ныне – единственной нашей надеждой…
ВАССА
Ох, уж эти старшие братья! Всю жизнь ходят за младшей сестрой, словно за недоумкой какой, следят, как бы чего не натворила, и того не понимают, что от их забот только хуже становится.