Автор
В темных улочках Ладоги, где мгла накрывает город как густой одеялом, ты ощущаешь не просто опасность, а всю мощь древних сил. Вдали слышен шепот истории, подстерегающий каждого желающего взглянуть сквозь костер на памятники предков. Здесь, в этом мрачном уголке, каждое движение — шаг, слово, взгляд — может стать последним....
Я всю ночь слушала, как скоблил вилами промерзшую землю, как кряхтел, заталкивая туда руками окоченевший труп. А теперь эти руки мне одежду протягивали… Поморщилась я невольно, но подарок взяла – голышом не очень-то по морозу походишь, а путь далек и неведом.
Одежда была будто по мне сшита, только непривычна немного – порты теплые, вроде мужских, полотняная рубаха с поясом, а поверх всего яркая густая шуба. Красиво и удобно…
– Соболья! – похвалил шубу мужичок. – Сама Княгиня такую надеть не отказалась бы!
– Так Княгиню бы и одевал! – съязвила я, наслаждаясь мягкими прикосновениями тонкой и легкой ткани.
– Ты для меня поважней Княгини будешь, – не обиделся он. – Ты богом выбрана! Жертва…
– Никакая я не жертва!
– Все не веришь? – Ядун вошел бесшумно, словно тать ночной, скинул с плеча длинный, изукрашенный странной резьбой меч, скосил на меня глаза и одобрительно качнул головой. – Хороша! За такую и драться не стыдно.
Шевельнулась во мне отчаянная надежда – Эрик! Нашел…
– С кем драться?"
"– Ас кем доведется, – беспечно ответил Ядун.
Опять он о своем… Кромка… Духи…
Я по обычаю поклонилась хозяину – люб он мне был иль нет, а в избу впустил и добром одарил, не след на участие грубостью отвечать – и выскользнула наружу.
Встретило утро морозцем да туманной дымкой.
Я надела лыжи, что возле крыльца стояли – меня дожидали, и побежала прочь из городища. Даже по сторонам не глядела – что на чужую жизнь любоваться, когда своя расползается, по швам трещит!
Ядун меня лишь на реке догнал, крикнул издали:
– Куда несешься, пути не ведая?
– Домой! – рыкнула я, наподдав ходу.
– Дура! – Ядун поравнялся со мной, побежал рядом. – Нет здесь твоего дома, как не поймешь! Повезло, что зима не сошла и река не вскрылась, а то быть бы тебе гостьей на дне речном средь Русалок да Водянников! Здесь никому не дозволено на реку без должного слова ступать!
Хотелось оборвать его, но свежа была в памяти ночная драка и сила, Жмару свалившая, помнилась… Пусть болтает – под разговор и путь короче становится.
– И какое же слово сказать надо?
– То, что силу над речными и озерными незнатями дает. Тебе его ведать не след.
