Лайриэйль Лайвджой, наследница Дома, оказывается в центре политических интриг между Домами. Её положение зависит от сложных взаимоотношений и власти, а её судьба связана с наследованием и семейными тайнами. Сможет ли она справиться с ответственностью в мире, где правят интриги?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Лайриэйль Лайвджой»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Лайриэйль Лайвджой, наследница Дома, оказывается в центре политических интриг между Домами. Её положение зависит от сложных взаимоотношений и власти, а её судьба связана с наследованием и семейными тайнами. Сможет ли она справиться с ответственностью в мире, где правят интриги?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ирина Владимировна Смирнова Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Лайриэйль Лайвджой, наследница Дома, оказывается в центре политических интриг между Домами. Её положение зависит от сложных взаимоотношений и власти, а её судьба связана с наследованием и семейными тайнами. Сможет ли она справиться с ответственностью в мире, где правят интриги?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И стоны, потому что молчать я не приказывала.
Впитываю всю картинку, пью ее как воду в летний день, всю – от подрагивающего анфаллоса между ягодиц, до побелевших от напряжения пальцев, вцепившихся в край стола.
Правильно, малыш, лежи и терпи, пока я так хочу. Наслаждайся… моим вниманием, оно стоит любой боли. И раз ты это понял…
Качнуть анфаллос вверх-вниз за торчащую ручку, еще раз… не вынимая…
И смотреть, слушать, чувствовать, как ты дошел до самого края… до самого… повис над пропастью и из последних сил держишься… еще мгновение… и сорвался. Вниз, в омут такого оргазма, что его даже я ощутила почти физически!
Пока он расслабленно пытался отдышаться на столе, я тоже приходила в себя. Вот это я сильна… и аплодисменты от зрителей мною вполне заслужены!
О! Вон и Хей как раз вернулась. И зверьков с собой притащила…
- Встань, – и Майти медленно начинает собирать в кучку расползающиеся конечности. Собрал. Вытянулся передо мной и светит шалыми фонариками из-под ресниц. Кажется, окончательно перестал понимать, на каком он свете. - Ты кончил без разрешения, дома будешь строго наказан.
Улыбаюсь ему так, словно экскурсию на конфетную фабрику обещаю. И он мне в ответ таким счастливым голосом:
- Да, госпожа, я заслужил, накажите меня!
Ну что ж, можно сказать, что все прошло по плану. Лайри была умницей и старательно изображала милую девочку-подростка, Рий предсказуемо решила остаться и развлечься, но вот то, что провернули сегодня Первая и Альцейкан с отчетностью – это было… Это было просто ВАУ!
Я ерзала по сидению аэрошки, представляя, какими деньгами теперь мы начнем ворочать, и у меня даже дух захватывало!
Да уж… Наши суммы на мелкие расходы имеют шансы сравняться с основным источником доходов. Хотя это я, конечно, загнула, но половине от основных станут равны точно.
О, бабушка Зойя! Слава тебе, премудрой женщине, заставившей нашу мать прикупить эти четыре процента в Южной Вейджево-торгово-промышленной корпорации, хотя та рвалась купить семнадцать процентов в Северной. Хороши бы мы сейчас были с этими семнадцатью процентами!
Да они разорятся все скоро – и Западная, и Северная, и остальные…
- Хей! А ты тоже улетишь обратно во Дворец? – наша примерная сестренка смотрела на меня с вопрошающим укором во взоре. – Вы там надолго?
Мы? Такое событие требует, чтобы его хорошо обмыли!
- Да, милая, улечу. И вернемся мы только завтра. Но я помню про театр, не волнуйся… Послезавтра все поедем в театр, обещаю! – я ласково погладила сестренку. – Ты сегодня была безупречна, малышка!
Аэрошка приземлилась, и я вылетела из нее первой – надо успеть сообщить бабушке Зойи последние новости, переодеться и захватить одежду Рий – вряд ли она догадается сменить свое праздничное великолепие на что-нибудь более повседневное.
