Даже к окраинам замковых земель.
По крайней мере, так Айсла хоть что-то чувствовала.
Она казалась себе бесполезной, ведь ничего не делала для победы.
Но с чего начать? Оро намеренно не раскрыл ей оставшиеся места, где тьма встречается со светом на острове Луны. Отправиться на поиски самостоятельно Айсла не могла. Даже если бы знала, где они. Оро и Клео уже наверняка все проверили. А значит, заполучили Сердце… или близки к этому.
Вина тяжелым грузом давила на плечи, копилась, отягощая каждый шаг. Айсла подвела свой народ. Подвела своих опекунш.
И она подвела Джунипера. Именно из-за нее Клео убила трактирщика – из-за знания, которым он собирался поделиться.
То есть его подсказка была важной.
Джунипер не мог погибнуть зря. И, пробегая между деревьями, Айсла ощутила проблеск надежды.
Если бы Клео и Оро уже нашли Сердце, правительница лунианцев не стала бы утруждаться таким вредительством Айсле. Что-то пошло не так… а значит, еще есть шанс все исправить.
Остров, словно кусок сдобы, день за днем осыпался в море. Но в сумерках он по-прежнему был очень красив. Солнце казалось желтком, что стекал по небу, роняя золотые, оранжевые, алые мазки, будто отчаянно желал оставить след. Облака напоминали вымоченную в розовой краске вату.
Айсла наблюдала за закатом со скалы, упираясь ладонями в колени, тяжело дыша. Она пробегала больше часа. Корни волос вымокли от пота, дневная жара напоминала о Новоземье Диких. Соленый ветер откинул ей косу за спину и утих, отчего выбившиеся пряди тут же прилипли к коже.
На Айсле была одежда, которую портной сшил ей в первую неделю на острове. Наряд, предназначенный для бега и драк. Ткань была тонкая, но обеспечивала защиту от непогоды. Айсла намеревалась надеть эти вещи для поиска Сердца…
Когда последние лучи солнца неохотно скрылись за горизонтом, она уселась на землю. Пальцы вцепились в траву, и Айсла ощутила ее – силу, что струилась в почве, хоть и более слабую, чем раньше. Силу, которой у нее не было возможности воспользоваться.
– Мама, – обратилась Айсла к надвигающейся темноте. – Я тебя не виню.
Иногда дикая с ней разговаривала.
Она не знала свою мать. Ее убил отец Айслы в день, когда та появилась на свет, а потом вонзил нож в себя самого. Они оба пали жертвами проклятия диких. Мать отказалась убить возлюбленного, но злые чары требовали крови.
А их дочь родилась без способностей.
– Я тоже не смогла, – тихо произнесла она.
Айсла иногда об этом думала. О невозможном выборе. Убить возлюбленного… или умереть.
