Зачем они задавали эти вопросы о твоем происхождении? Запустили проверку биоматериала? Сомневались в твоей личности? — сыпал Этис вопросами.
Я молчала, потому что не знала, что сказать, если честно.
— Ты говорила о своих генах и о том, что не знаешь, кем был твой отец, — задумчиво продолжил Этис. — Понимаю, тема для тебя неприятная, но, возможно, это важно в свете принятого Шором решения.
— Я не могу быть наполовину тирианкой! — вскрикнула я. — У меня нет энергоисточника!
Да-да, я сказала это! Высказала вслух ту мысль, которая уже долгое время крутилась в моей голове. Если проанализировать многие факты: результаты исследований моей крови доком Лукисом на “Невусе” и его рассказ о закрытых мутировавших расах Содружества, мой энергетический иммунитет против лихорадки, сияние глаз и странную силу, которую я чувствовала во время эмоциональных всплесков, загадочную историю моего рождения, то вывод напрашивается сам собой.
Но..."
"Это не укладывается у меня в голове.
Мне кажется, если я приму эти выводы окончательно, это принятие разрушит мою личность и перечеркнет всю мою жизнь. Вызовет кризис моей идентичности. С рождения я была землянкой-ромой, сигойной Лайлой Бояновой, нарочно и упорно игнорируя ту сторону моего происхождения, которая была связана с отцом.
Я бежала и всеми силами отмахивалась от правды, никогда не стремясь до нее докопаться. Боялась... разочарования и боли. Страшилась узнать, каким образом на самом деле была рождена.
А если в результате насилия? А если случайно, и мой отец не хотел, чтобы я появилась на свет, из-за чего мать от него и сбежала? Что, если он держал ее в плену и мучил? Что, если отец или его родня виновны в том, что мама умерла, рожая меня, а меня с трудом уберегли от смерти?
Мне удобнее и проще было считать себя сиротой. Благополучно “забыть” о том, что у меня может быть родня по отцовской линии, о которой я совершенно ничего не знаю. Часть моих корней с рождения была утрачена и стерта историей, случившейся с Розой Бояновой. Для бабули Наны гибель мамы стала трагедией, которая мучила ее до самого ухода за грань. У деда Златана из-за маминой смерти не выдержало сердце.
Подспудно я винила неведомого отца во всем этом. В том, что мои родные погибли. В том, что нас с бабулей бросили на произвол судьбы. В том, что мы жили впроголодь в ужасных условиях без возможности покинуть ""Экрану"". В том, что я могла умереть, если бы бабушка не отдала последнее.
Я винила во всем этом своего биологического отца и какой-то частью себя даже...ненавидела, хоть и никогда не признавалась себе в этом. И я ненавидела ту половину своей сущности, которая досталась мне от него.
Почему они не искали меня и маму? Почему они все нас бросили? За что?
Из глаз неожиданно потекли слезы.