Лайла Орис, стаясь на станции "Экран", чувствует дрожь мира под изменяющимися полосами света. Встреча с опытным исследователем Стивеном заставляет ее задуматься о ценности жизни и пути к истине. Проникаясь бесконечной галактикой, Лайла шагает в неизвестность, решая судьбу своей жизни....
Морское побережье, горы, бескрайние зеленые поля, огни гигаполиса...
В нашем отсеке не было иллюминаторов, поэтому приходилось довольствоваться лишь искусственными картинками, дающими ощущение того, что мы живем на настоящей планете, с землей и голубым небом, а не болтаемся где-то посреди космоса на задворках галактики.
Голос его визави звучал настолько приглушенно и тихо, что толком разобрать ее ответы не получилось даже с такого расстояния.
Муж был так увлечен своим разговором с, как я полагаю, своей любовницей, что совершенно не почувствовал, что у его интимной беседы появился нежелательный свидетель.
Я оперлась плечом о стену и молча слушала ласковый, наполненный эмоциями голос Адама, нежности, адресованные не мне, пытаясь, в приступе какого-то мазохистского желания, зачем-то запомнить каждое произнесенное им слово, будто подспудно стремясь сделать самой себе еще хуже. Хотя куда может быть хуже?
Уйдя в себя, мучаясь сотней вопросов одновременно, припоминая многие мелочи, которые я никогда не сводила воедино, многие детали, слова, взгляды, ощущения, которые должны были вызвать у меня подозрения, открыть глаза на происходящее, но, полагаю, просто проигнорированные из-за слепого доверия к Адаму, я пропустила тот момент, когда супруг отключился от гало-сеанса и развернулся в мою сторону.
Наступившую после этого тишину можно было пощупать руками, а возникшую немую сцену легко запечатлеть как кадр какого-нибудь дурацкого гало-фильма.
Зрачки Адама расширились. На его лице я читала сомнение, страх, раздражение, понимание того, что я все слышала, но.
Не было в его глазах ни тепла, ни вины, ни боли, ни горечи. Ничего, что сказало мне, что он о чем-то сожалеет.
Словно я вмиг оказалась для мужа чужим человеком, случайно, совершенно не вовремя узнавшем его постыдную тайну. Помехой, внезапно возникнувшей у него на пути.
Муж вроде бы открыл рот, чтобы выдать какую-нибудь нелепую ложь, объясняющую происходящее, но захлопнул его, понимая, что в текущих обстоятельствах она ему не поможет.
Я ВСЕ ЗНАЮ.
Я ВСЕ СЛЫШАЛА.
Я ВСЕ ПОНЯЛА.
Я поняла все так однозначно и точно, что сомневаться в своих выводах не приходилось.
- Фиросские розы были не для меня? - выдавила я из себя первое, что пришло в голову. Голос звучал ровно, тихо, без каких-либо эмоций, как у андроида.
Так странно: внутри меня бушует ураган, я горю, умираю, корчась в муках, но снаружи словно заледенела. Кончики пальцев колет, а в волосах будто действительно что-то потрескивает.
