Автор
Лукас десять лет проявлял выносливость на море, но сегодня в «Любопытном козле» его не удержало четыре кружки разбавленного эля. Его решительность под вопросом, и друзья Уорт, Белл и Клейтон видят перед собой серьезный вызов — сделать из Лукаса мужчиной, который готов стать отцом....
— Слишком много работы?
Лукас покачал головой.
— Нет, дело не в этом: просто не могу больше лгать Фрэнсис, а как сказать правду, не знаю, да и надо ли…
— Чувствуешь себя виноватым, Кендалл? — засмеялся Уортингтон.
— Ты даже не представляешь насколько, — очень серьезно ответил Лукас.
Его серьезный тон поубавил веселости даже у герцога."
"— Не говоря уже о том, что я больше не в силах прислуживать этому помпезному дурню, сэру Реджинальду. Всякий раз меня одолевает желание вылить соус ему на лысину, а не в тарелку.
— Я бы дорого заплатил, чтобы это увидеть, — засмеялся Уорт.
Лукас подошел к кровати и сел рядом с Беллингемом.
— Кстати о рыцаре. Завтра утром у меня с ним назначена еще одна встреча.
Белл нахмурился.
— А что, есть необходимость?
— Да. У меня просто не было возможности рассказать вам, о чем мы говорили.
— Так давай сейчас, — предложил Уорт, устраиваясь поудобнее на подоконнике.
— Ублюдок решил меня шантажировать, — начал Лукас и в подробностях пересказал разговор с сэром Реджинальдом.
Когда он замолчал, Клейтон поморщился и тряхнул головой.
— Это, конечно, весьма самонадеянно с его стороны, однако есть грань между шантажом и политическими переговорами.
— Ты это так называешь? — удивленно выгнул темную бровь Уорт.
— Лично я называю это тем, чем оно и является, — шантажом! — гневно выпалил Белл.
— Возможно, ты прав, — примирительно сказал Клейтон, — но следует учесть связь сэра Реджинальда с принцем.
— При чем здесь наш чертов принц? — воскликнул Уорт и скрестил руки на груди.
Клейтон глубоко вздохнул и обратился к Лукасу:
— Послушай, Кендалл, ты, совершенно очевидно, не хочешь помогать ему. Но ведь это вовсе не означает, что ты не можешь с ним сыграть. Скажи рыцарю, что уступаешь позиции. Пусть голосует так, как считает нужным, а лорд-канцлером станет тот, кого поддержат герцоги. Так, по крайней мере, ты не сожжешь за собой мосты.
— Вот что значит настоящий политик, — буркнул Уорт.
— А что ты думаешь на этот счет? — спросил Белл.
Уорт какое-то время молча разглядывал себя в маленьком зеркале, висевшем у окна, потом поправил галстук и объявил:
— Скажи сэру Реджинальду, Кендалл, что я отдам свой голос за него.
— Ты серьезно? — удивился Белл.
— Конечно. Пусть думает, что у него все получилось, а потом я постараюсь поставить голосование за лорд-канцлера после законопроекта о занятости.
