Я доложила вам интересную историю о том, как маленькая девочка из простого рабочего класса стала известной детективисткой благодаря своему дедушке-полицая и криминалисту. Теперь она пишет романы с элементами жестокости и юмором, вдохновленные ее семейными традициями....
Мечтала о большой и чистой любви, о подвигах своего возлюбленного... Видела себя в алом подвенечном платье с венцом на белоснежных волосах...
Камеристка не стала более ожидать за дверью миледи и спустилась в подсобное помещение, где собрались остальные слуги, распивающие сладкий кофейный напиток, который вскоре сменился ягодной настойкой вприкуску с вишнёвым пирогом...
Он выдохнул.
Страха не было. Больше не было. Он давно перестал испытывать подобные чувства. Их заменила холодная, отравляющая жажда мести. Но ничего.
Энергетический фонарь затрещал и чуть не лопнул. Ему пришлось остановиться. Сделать несколько глубоких вдохов, надеть «печатку» на указательный палец, сильнее закутаться в плащ и только тогда продолжить путь. Путь к дому. Тому, крайнему на Красной улице...
Сторожевые прижали уши...
«Умные псины», - подумал он и легко отворил калитку. Надо заметить, этот дом единственный имел небольшую территорию и низкую оградку, за которой бегали «сторожевые».
Он бы и рад «отпустить» животных, но тогда они бросятся на него, поднимут шум, а этого нельзя допустить. Нельзя, чтобы так хорошо спланированный план - провалился. Другая возможность... представится не скоро.
Он устал ждать. Устал...
... её прекрасное лицо застыло маской ужаса. Глаза так широко распахнулись, что, казалось, вот-вот выкатятся. Он поморщился.
«Тише-е...» - ментально шепнул, вызывая у эвритки немоту.
«Лица не видно. Почему не видно лица?!» - испуганно думала она, глядя как тень в капюшоне медленно приближается.
«Закрой глаза...»
Пришлось подчиниться. Не было выбора. Веки налились свинцом и опустились. Стало по-настоящему страшно. Он мог приказать что угодно, но не мог запретить плакать. Беззвучно. И девушка плакала, пока ощущала, как её куда-то несут...
Дом Рида Эрнау. Ариадна.
Дома в столице не были огорожены забором и не имели частной территории.
Мой новый дом был вытянут кверху, имел острую готическую крышу и мрачный вид. Хотя его стены выкрашены в приятный бежевый оттенок, но образ портит «серость» самого города, это пасмурное уныние, что царит вокруг.
