Я доложила вам интересную историю о том, как маленькая девочка из простого рабочего класса стала известной детективисткой благодаря своему дедушке-полицая и криминалисту. Теперь она пишет романы с элементами жестокости и юмором, вдохновленные ее семейными традициями....
Признаться, мне это занятие наскучило очень быстро, я просто смирилась с тем фактом, что по вине какой-то старой мегеры я попала в другой мир в тело мужчины. И хотя мне было жутко интересно, как всё это произошло, я ничего не могла поделать. Вот тогда я занялась тем, что умела прекрасно делать с раннего детства: самообразованием, потому что никто не спешил меня знакомить с новым миром и его жизненным укладом.
Мистер Эрнару вскоре оценил мой душевный порыв и упорство и взялся за моё воспитание. С ним дела пошли веселее.
А уже в первое полнолуние - так сложилось, что мы имели дурную привычку засиживаться в читальном зале допоздна и редко зашторивали окна, - господин Эрнау имел возможность лицезреть мой истинный облик...
Помню, как я радовалась, как кружилась в костюме на размер больше, правда, ровно до рассвета.
Впервые увидев меня девушкой, мой хозяин сказал странные слова, которым я не придала значения.
«Теперь ясно, почему проклятие подействовало неправильно...»
А через три месяца он умер, и я как-то позабыла о них, да и о многих других вещах. К тому моменту я успела привязаться к своему хозяину, который часто меня баловал, не запрещал мне разговаривать на моём «грязном языке», как он выразился однажды, и ничего не требовал взамен.
Помимо нас в замке проживала ещё другая прислуга и дворецкий, который вызвал врача и занимался панихидой. У моего хозяина был фамильный склеп, где его и захоронили, а через три дня в наше поместье по завещанию своего отца явился новый господин Эрнау.
Глава первая
Завещание гласит»... Или знакомство задалось не сразу.
Молодой господин - ну или не очень - мне сложно определить его возраст, так как и прежний хозяин не казался мне старым, но почему-то умер... Так вот, молодой господин сидел в массивном кресле своего отца. За его спиной брезжил дневной свет, освещая крепкий стол на резных ножках, с множеством ящичков и красный ковёр, который я однажды умудрилась прожечь, уронив свечу.
