Прошу извинения у тех, кто разбирается в устройстве истребителей, я, может, не совсем точно излагаю события. Папа не называл отсек, где задремал Федор, я лишь поняла, что мужик чем-то накрылся и затих.
Летчик, севший в кабину, не заметил присутствия техника и взмыл в небо. Здесь следует оговорить, что пилот был молодым, недавно прибывшим из училища. Он горел желанием блестяще провести свои первые «взрослые» учебные стрельбы, показать себя с лучшей стороны перед начальством.
Федор проснулся, не открывая глаз, похлопал себя по карманам и закурил. Ну привычка у него была такая, еще не садясь в кровати, хвататься за папиросы. Дым потек в кабину, специальная аппаратура уловила его и мигом предупредила летчика: «Пожар».
«Зеленый» пилот испугался до одури, к тому же он и сам учуял дым. Спасая свою жизнь, парень катапультировался. Самолет резко вздрогнул. Федор вскочил и моментально оценил ситуацию. Не забывайте, что он в свое время был классным летчиком, а мастерство не пропьешь.
Не стану утомлять вас мелкими подробностями. Короче говоря, Федор добрался до кресла пилота, сел в него, убедился, что это не сон и не белая горячка, а суровая правда, схватился за штурвал. Самолет продолжал лететь над облаками. Наземный штурман спокойно наблюдал на экране прежнюю картинку: светящиеся точки двигались в нужном направлении.
Федор потряс головой, он очень хорошо знал маршрут на полигон, сам не раз им летал. Еще он понимал, что на земле ему достанется так, что мало не покажется. Во-первых, сон в самолете не приветствуется, во-вторых, сработала катапульта. Федя-то не предполагал, что летчик сам принял решение покинуть машину. Оставалось одно: спокойно отстреляться на полигоне, пригнать самолет на базу и скрыться.
Федор с успехом выполнил задуманное, поразил цель, пригнал машину на аэродром, ему даже удалось незаметно выбраться из кабины и дать деру.
Напомню вам, что стрельбы были ночными. Катапультировавшийся летчик приземлился не слишком далеко от родного городка. Ему повезло, он ничего особо себе не повредил и побрел на базу. В голове у парня бродили самые неприятные мысли. Он в первый же раз угробил самолет и не очень представлял размер наказания. До части салага доплюхал к утру, кое-как привел себя в порядок и, дрожа от ужаса, занял свое место в классе предпилотной подготовки и приготовился к смерти.
Командир дивизии сначала дал общую оценку стрельбам, потом перешел на личности, назвал он и фамилию нашего пилота. Тот встал и, втянув голову в плечи, замер. Но комдив неожиданно сказал:
– Хорошая смена растет. Нормально стрелял. Молодец.
Ничего не понимающий летчик ощутил себя героем пьесы абсурда. А комдив повернулся к командиру полка и раздраженно заявил:
– Бардак у тебя, Иван Николаевич! Техники блажат.