Утро солнечное, как новая надежда на мир. Сегодня началось с прекрасного настроения, хотя накануне Булат был невероятно эмоциональным из-за недопонимания в их отношениях. Его игнорирование и ревность делают это утро наполненным противоречиями и неопределенностью.
- Пошла вон, дрянь!
- Вы что творите? Откройте двери, женщина? Вы что себе позволяете? Откройте! – закричала я, стуча кулаками в двери, да только мне никто открывать не собирался, и я в шоке застыла, пытаясь сообразить, что же мне делать.
Я с раннего утра, в одной пижаме стою на лестничной площадке, и у меня нет ключей даже от собственной квартиры. Что черт возьми здесь происходит? Кто эта женщина? Она сказала, что приехала к внуку, а это значит, что она является мамой Булата? Вот это у меня будущая свекровь – врагу не пожелаешь.
- Господи, я надеюсь, что она любит Мирошку, и никак ему не навредит. Что же мне делать? Что?
Я быстро рванула босиком по ступенькам вниз, совершенно позабыв о лифте, переживая сейчас только о том, чтобы эта чокнутая бабка никак не навредила ребенку. Я себе этого точно не прощу. Оказавшись на первом этаже, подбежала к консьержу, который какого-то хрена спал на рабочем месте, да еще и с самого утра. Громко постучав в стекло, увидела, как он вздрогнул, и едва шевелясь, наконец-то открыл окошко.
- Тебе чего, девка? – грубо спросил он, осмотрев меня брезгливым взглядом.
- Ничего! Дверь открывайте.
- А ну пошла вон отсюда, иначе…
- Что? Вы что, новенький? Я из семнадцатой квартиры, живо сказала открывайте!
Видимо вспомнив, кто живет в семнадцатой квартире, он тут же подобрался, и открыл дверь, а я, отодвигая его в сторону, принялась дрожащими руками рыскать в поисках телефонов жильцов нашего подъезда.
- Что вам надо?
- Дайте мне номер мобильного телефона хозяина восемнадцатой квартиры.
- Зачем вам.
- Я сказала быстро!
Мужик тут же полез в какой-то журнал, а уже через несколько секунд пальцем ткнул на номер Богословского.
- Дайте свой телефон. Да пожалуйста, дайте же! – находясь на взводе, говорила грубее, чем следовало, но я очень переживала за ребенка. Сердце буквально вылетало из груди.
Консьерж все же поделился своим мобильником, который я тут же выхватила из его рук, и набрав номер вышла в парадную.
- Слушаю!
- Булат, что за нахрен? Пришла какая-то женщина, утверждающая, что она бабушка Мирошки, вышвырнула меня практически голую и босую из квартиры, а сама закрылась с сыном! Что происходит? – закричала, понимая, что я на грани истерики, а по щекам вовсю хлещут слезы.
