Автор
В Лапочки-дочках из прошлого сердце Константина колотится от невыразимой боли и тревоги. Врач приводит его в реанимацию через бесконечный коридор больницы, где лишь звуки детских криков нарушают непрерывное молчание VIP палаты. Здесь уцелела дымовая завеса тайны и слез, скрывавшаяся в прошлой жизни....
Похоже, «Лапочки-дочки из прошлого. Исцели мое сердце» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Перехватываю ее на пороге, задерживаю и толкаю обратно к ванне, в которой вот-вот перельется вода.
- Тш-ш, стой, - смеясь, выставляю ладони. - Я же здесь. И я все еще их отец. Сам к ним схожу и узнаю, что случилось, - проговариваю четко, будто гипнотизирую ее. - Ты пока прими ванну, как хотела."
"Метнув взгляд в потолок, Вера пару раз взмахивает ресницами и, наконец, рвано кивает. Оставив «старшенькую», я поднимаюсь к «младшим» лапочкам. Их успокоить будет легче.
Глава 32
Вера
Погружаюсь с головой под воду – и тут же цепляюсь руками за бортики, резко выныривая.
Кажется, я задремала прямо в ванне. И до конца не могу проснуться. Тело изнежено и ослаблено, сознание плывет, и лишь остывшая вода немного приводит в чувство. Медленно возвращаюсь в реальность, а перед глазами одна за другой всплывают картинки минувшего вечера, плавно перетекшего в ночь.
Что из этого правда, а что мне приснилось?
- Костя, - срывается с губ, и я сажусь в воде, подтянув колени к груди.
Невольно вспоминаю наш разговор. Не секс, а то, что было после. И гораздо интимнее. Каждое сказанное им слово, каждый взгляд, каждый вздох. Все это противоречит его характеру. Слишком искренне, чтобы быть настоящим. Слишком в сердце. Глубоко и навылет.
Не верится… И я не знаю, что с этим делать дальше. Наверное, было бы легче, если бы это все оказалось сном.
- Девочки, - следующая мысль, которая заставляет меня выскочить из ванны.
Накинув на мокрое тело махровый халат, босиком бегу к лестнице. Замираю на первой ступеньке, перевожу дух – и уже спокойнее, на цыпочках, чтобы никого не разбудить, крадусь в мансарду.
Уголки губ предательски ползут вверх, а в груди разливается исцеляющее тепло, когда взгляд падает на кровать, где с трудом поместился Воскресенский с малышками. На самом краю, повернувшись лицом к дочкам. Он как огромный медведь, под боком которого пригрелись медвежата. Обнимают папочку, то и дело толкая и пиная его во сне.
Значит, мне не приснилось…
И от этого сильнее щемит сердце. Хочется поставить момент на паузу, не думать о будущем. Отключить мозг хотя бы на время и не просчитывать все возможные исходы и риски. Дать нам шанс? Хотя… почему нет? Воскресенский – состоявшийся мужчина, четко определивший, чего он хочет. У него двое своих детей, которых я полюбила, как родных.
