Автор
В Лапочки-дочках из прошлого сердце Константина колотится от невыразимой боли и тревоги. Врач приводит его в реанимацию через бесконечный коридор больницы, где лишь звуки детских криков нарушают непрерывное молчание VIP палаты. Здесь уцелела дымовая завеса тайны и слез, скрывавшаяся в прошлой жизни....
Похоже, «Лапочки-дочки из прошлого. Исцели мое сердце» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но вместо этого застываю на крыльце, внутренне ломаясь от осознания жестокой правды.
Женя не солгал. Но это сделал другой мужчина, которому я открылась. Содрал кожу, забрался в вены – и уничтожил меня изнутри.
- Кто? - сипло переспрашиваю, раскалываясь на части.
Уложив ладонь четко между моих лопаток, Славин осторожно подталкивает меня, вынуждая переступить порог. Дверь захлопывается за нашими спинами, словно ловушка. Охрана тоже остается позади, а мы идем вдоль по коридору.
- Я знаю, что вы не в курсе рокировки, но, поверьте, все делается ради вашего блага, - сдавленно, негромко объясняет мужчина, боясь быть подслушанным.
"Я пытаюсь совладать с собой и спокойно выслушать его, но меня никак не покидает мысль о том, что меня обвели вокруг пальца, как несмышленого ребенка. Усыпили мою бдительность, навешали лапши на уши, чтобы за спиной провернуть «взрослые» мужские дела.
Он обманул меня, потому что сам мне не доверяет. По-прежнему полагается лишь на себя, не впуская никого в свой вакуум. Что же, это взаимно. Теперь я тоже вряд ли смогу ему верить.
- Суд готов вынести решение в вашу пользу, Вера Александровна, - чуть слышно уговаривает меня Славин.
- Очень на это надеюсь, иначе прокляну вас. Вместе с ним, - выпаливаю в сердцах и киваю на закрытую дверь зала заседаний.
- Хм, чувство юмора у вас обоих своеобразное, - хмурится он.
- А кто сказал, что я шучу? – зыркнув на него исподлобья, тянусь к дверной ручке.
Не знаю, как выдержу то, что увижу внутри. Ведь, если я правильно сопоставила факты, Воскресенский сейчас выступает на стороне Жени. Против меня. Пусть даже это шоу, но… черт возьми! Почему он не сказал мне ничего? В ту ночь, когда раздел меня до самого сердца, выпотрошил, вывернул наизнанку.
