Осенью, когда дни становились короче и ночи – длиннее, а на улицах Клыкова падала промозглая сырость, здесь стало проще погрузиться в таинственный мир Ларца полного тьмы. В этот период туристы с экскурсий реже заезжали к Клыковым пещерам, создавая вокруг этих таинственных мест еще большую атмосферу мистики и загадки....
Рядом с ней Женя и Луиза клевали носом над творожной запеканкой. Сонные Алиса и Стас уже минут десять размешивали сахар в кружках с чаем. Лера Козлова и Слава Ерофеев сидели в обнимку рядом с Василикой, шептали друг другу на ухо разные милые глупости и тихонько хихикали.
Тимофей с утра успел не только совершить пробежку по стадиону, но и принять бодрящий душ, поэтому отлично себя чувствовал. Димка не преминул сообщить, что ненавидит его за это. Милана Поветруля и Антон Седачев тоже выглядели вполне бодро и целовались, не обращая внимания на окружающих.
Мимо прошел Степа Лешеев с полным подносом в руках. Он хотел было присесть на свободное место рядом с Бельцевым, но тот так злобно на него покосился, что Степан поспешно прошел мимо. Стас помахал ему рукой и показал на пустой стул рядом с собой. Лешеев с благодарностью кивнул и расположился за их столом.
– А ты в курсе, что на тренировках у Канто мы с тобой теперь в одной паре? – повернулась к Димке Василика Демидова.
– Что?! – выпучил глаза Трофимов, мгновенно прекратив зевать. – Канто окончательно рехнулся? Да ты меня в два счета пришибешь!
– Сэнсэю виднее! – Василика так расхохоталась, что стол затрясся, и Поветруля с Седачевым едва не свалились на пол. – Канто сказал, что мне нужно тренироваться с более ловким и увертливым соперником. А тебе не помешает провести спарринг с кем-то, кто гораздо сильнее тебя.
– Меня только что оскорбили и унизили, как могли, – пожаловался Димка Карине. – Увертливым слабаком меня еще не называли!
– Я просто передала тебе слова Канто, – ухмыльнулась Василика. Затем пихнула Седачева так, что тот и правда слетел со стула. – Хватит уже лизаться! Я тут ем вообще-то, а вы мне аппетит портите!
– А тебе не помешает пожить немного без аппетита, – недовольно фыркнула Милана. – На твоем месте я бы ела поменьше!
– На твоем месте я бы заткнулась, – грозно покосилась на нее Демидова.
Милана задохнулась от возмущения, но благоразумно промолчала и помогла Антону подняться с пола. Тимофей глянул на указанное окно – оно было распахнуто настежь.
– А почему окно открыто? – удивился он. – На улице холодрыга.
– Проветривают, наверное, – сказал Стас.
– Но все другие окна закрыты. Открыто лишь то, что напротив нас.
