Наш современник попадает в прошлое, в тело Ларса – сына князя Гостомысла. По преданию, Гостомысл призвал на княжение Рюрика из-за гибели всех своих сыновей. Существование Ларса грозит изменить весь ход истории российского государства, но об этом знает только наш современник. Ощущение скорой гибели витает возле парня. Есть ли выход из данной ситуации – читайте в романе «Ларс»....
А это, между прочим, от 360 до 600 человек погибших. Я надеюсь, что раненных будет в два раза больше. И необходимо учитывать то, какая сумятица начнется в армии врага.
Гостомысл и Радомысл, ранее ознакомленные мной с этим орудием, сияли, разглядывая потрясенные лица князей.
– Тысяцкий Ларс, – обратился ко мне батюшка, – расскажи нам, как ты видишь это сражение?
Этот вопрос был отрепетирован нами. Здешние люди не знают что такое презентация перед советом директоров, в которых я «собаку съел». Я подал знак Аге и он достал из под лавки огромную коровью шкуру, на которой была расчерчена местность, в которой притаилась ставка Гунульфа.
Не забыл я и про деление войска на десятки, сотни и тысячи. Это было самым тонким моментом в моем плане. Благо, вмешался дядя, рассказав про внедрение этой системы управления в дружину Хольмграда после разграбления.
Это, конечно, отец зря сказал, так как нужно пресекать подобные назначения «по протекции», но с этим разберемся позже. Для начала пусть будет так.
К счастью, мой план был принят и я получил карт-бланш на осуществление плана сражения, постройку требушетов и реформу вверенной мне армии.
Остаток вечера князья и воеводы провели за игрой в макет требушета.
На следующий день я собрал князей и попросил их выделить четырех тысячников, которым они доверили бы свои войска. Сначала они не поняли что я от них прошу, судя по помятым физиономиям, они допоздна игрались с требушетом, да еще и «отметили» это дело, но потом в мое непосредственное подчинение попали воевода Сокол, воевода Куляба, ростовский князь Василько и вятичский князь Ходот.
