Автор
В мрачном городском квартале бродила группа журналистов, пытаясь получить интервью от влиятельного реформатора-оппозиционера, который власти стремились умолкнуть. Журналистка чувствовала себя неловко в толпе, хотя острое любопытство заставляло ее следовать за группой. Её кожа покалывала от напряжения и тревоги, когда она думала об угрожающей атмосфере и вероятных рисках интервью....
Должно быть, это был звук, выражавший страдание, но какая-то первобытная часть Асима заставила его задуматься, не так ли она звучит в порывах страсти.
Асим должен ее утешить.
Кто эта женщина? Что она делает в самой старинной части его дворца, одна и обнаженная?
Несмотря на серьезность его титула, некоторые женщины заходили до неприличия далеко в своих попытках соблазнить его. Была ли она одной из них?
Его взгляд неизбежно вернулся к телу женщины. Она была очень стройной, на грани худобы. Она модель? Ни с чем нельзя было спутать сильнейшую волну возбуждения, захлестнувшую Асима.
Асим вытянул руку. Он раскрыл ладонь в метре от ее тела и представил, что ощутил, как прикосновение к одному из ее сосков подразнивает его руку. Электрический разряд пробежал по его пальцам и рукам прямо к паху. Он сжал руку в кулак, противясь желанию дотронуться до нее… там.
Незнакомка резко задвигалась, скребя руками края кровати. Женщина повертела головой из стороны в сторону. Она сделала очень глубокий вдох, от которого ее грудь со вздернутыми сосками приблизилась к нему, в то время как она издала приглушенный всхлип.
Асим резко подался назад, словно обжегшись, ощущая стыд и недоверие. Он же выглядел как настоящий вуайерист!
- Пора вставать, - сказал он.
Он собирался повторить приказ, как вдруг она вздохнула, скорчилась и закричала во все горло.
- Пора вставать… Пора вставать. - Эти слова крутились в голове Жаки, словно полузабытая мантра. Она не сбежала. Где она могла спастись? Она подвергла Имрана опасности, и теперь он мертв.
Голос незнакомца был настойчив, приказывая ей обратить на него внимание, приказывая… проснуться. И крик…
Жаки потребовалось время, чтобы осознать, что это был ее собственный крик. Ее горло саднило, а грудь часто вздымалась.
- Так-то лучше, - продолжал тот же голос. Низкий, мягкий, такой глубокий, что пробирал до самых костей. - Теперь-то ты проснулась, правда?
Слезы заполнили ее глаза и покатились по щекам. Она потерла лицо рукой, размазывая влагу по лицу, пытаясь стереть ее.
Остатки кошмарного сна рассеялись, как только пришло осознание. Глаза Жаки резко открылись от шока.
Она была не одна.
Черные, глубоко посаженные глаза с прямыми, резкой формы бровями встретили ее взгляд. Глаза были такими внимательными, пронизывающими, что девушка не могла видеть ничего, кроме них, вздохнув от удивления.
Мужчина поморщился. Жаки моргнула, не в состоянии сделать что-либо еще.
