Автор
В мрачном городском квартале бродила группа журналистов, пытаясь получить интервью от влиятельного реформатора-оппозиционера, который власти стремились умолкнуть. Журналистка чувствовала себя неловко в толпе, хотя острое любопытство заставляло ее следовать за группой. Её кожа покалывала от напряжения и тревоги, когда она думала об угрожающей атмосфере и вероятных рисках интервью....
Но логика говорила, что он просто последует за ней. Он знал пустыню, и у нее не было никакой надежды на спасение.
Гордость обездвижила ее колени. Она отказывалась снова сбегать.
- Пожалуйста.
Судя по голосу, ему было так же неудобно, как и ей.
Наконец, пожав плечами, она шагнула вперед. Какой у нее был выбор?
Жаки скованно села возле огня, зная, что Асим стоит рядом. Она была права. Поношенные джинсы облегали его мускулистые бедра, на нем также был черный свитер и удобные ботинки.
Она почти жалела, что на нем был не королевский наряд.
Достаточно настоящим, чтобы сорвать с нее одежду, напомнила она себе, крепко обхватив себя руками.
Наконец он, скрестив ноги, опустился на землю по другую сторону костра.
Это легкое движение напомнило ей о живой силе в его мужественном теле. Силе, которая всегда привлекала ее, даже внушала трепет.
Жаки сгорбила плечи, отводя взгляд:
- Если ты здесь не для того, чтобы арестовать или депортировать меня, то для чего?
- Извиниться.
Его быстрый ответ ошеломил ее, и девушка обнаружила, что смотрит через угли в лицо мужчины, бронзовое от костра, на нем играли тени. Какой-то проблеск голода пробежал между ними, когда Жаки встретилась глазами с Асимом. Она моргнула, говоря себе, что это была лишь игра света или ее глупое, тоскующее сердце.
То же сердце, что изучало его строгие черты, и девушка была готова притвориться, что увидела в них сожаление и стыд.
- Не надо ничего говорить.
Жаки покачала головой, не веря своему голосу. Асим хотел извиниться? Было ли что-либо столь же маловероятно? Даже если он узнал правду, с каких пор абсолютный монарх чувствовал потребность в извинениях?
- Ты мне не веришь?
Она сглотнула, в горле у нее было сухо, как в окружавшей их пустыне."
"- Я не хочу притворяться, что понимаю тебя, Асим. - Она думала, что знает его, но заблуждалась.
Он медленно кивнул, не сводя с нее глаз:
- Да, между нами все непросто.
- Между нами ничего нет! - После того, что он сказал. Он разорвал то хрупкое, нежное, что было между ними.
- Если бы это было так, я бы сейчас был во дворце и спал как младенец. - Его рот скривился. - Или развлекался с новой любовницей в постели.
Жаки не смогла сдержать вздох, когда лед пронзил ее грудь и прорвался внутрь.
- Именно.
