Автор
В мрачном городском квартале бродила группа журналистов, пытаясь получить интервью от влиятельного реформатора-оппозиционера, который власти стремились умолкнуть. Журналистка чувствовала себя неловко в толпе, хотя острое любопытство заставляло ее следовать за группой. Её кожа покалывала от напряжения и тревоги, когда она думала об угрожающей атмосфере и вероятных рисках интервью....
Ты это знаешь. Я уравновешенна. - Она пожала плечами, и тень улыбки пробежала по ее губам. - Большую часть времени уравновешенна.
Она замолчала, ища его взгляд, а он хотел попросить девушку остановиться, не делать этого с собой, с ним. Но прежде чем он подобрал слова, Жаки продолжила:
- Я быстро учусь и, если мне помочь, смогу освоить все, что нужно знать о королевском этикете и правилах поведения в обществе. Я нравлюсь твоей бабушке и Самире. Уверена, они будут рады помочь. - На этот раз ее улыбка была искренней, но едва различимой.
- Жаклин…
- Я буду хорошей женой, - поспешно сказала она. Девушка всплеснула руками, и он не мог избавиться от неловкости, оттого что она умоляла его.
Асим не хотел всего этого. Он чувствовал себя нехорошо. В животе, в груди все сжалось. Его голосовые связки словно заморозились.
Она подошла ближе, ее тон был серьезным.
- Я рожу тебе детей, которых ты хочешь, и ты всегда будешь знать, что твои интересы будут для меня на первом месте. Ни одна из этих женщин не заботится о тебе, как я. Это что-то да значит.
Он покачал головой; впервые в жизни слова изменяли ему.
- Асим…
- Не надо, Жаклин. Пожалуйста, просто… нет.
Розовые пятна проступили на ее скулах. Девушка стояла как вкопанная, глядя на него.
- Ты думаешь, я недостаточно хороша?
Ее голос дрожал, и что-то внутри Асима резко упало, когда он услышал в нем боль.
- Это не так. Дело вовсе не в этом. Как ты могла такое подумать? - Но он вспомнил о ее неуверенности в себе и о том, как травма пошатнула ее восприятие себя.
Он бы хотел солгать и сказать, что все будет хорошо, что они смогут пожениться, и она будет счастлива. Но Асим слишком уважал ее.
- Дело не в тебе.
Он подошел так близко, что мог видеть напряжение в ее губах и боль в этих невероятно ярких янтарных глазах.
- Любой мужчина был бы горд сделать тебя своей женой.
- Но не ты. - Ее голос был безжизненным.
Асим покачал головой:
- Я бы тоже был горд, но я не могу сделать это с тобой. Что это будет за брак, в котором ты любишь, а я - нет? - Он потянулся к ней, но спохватился и убрал руку. - Ты веришь в любовь, Жаклин. Ты можешь любить.
