Автор
В Лавке редкостей происходит что-то необычное и потрясающее: сковородка девушки оказывается невероятным оружием, вызывающим опасение даже издалека. Но Наташа, привыкшая к сюрпризам, осознает, что этот разговор - сигнал расставания от своего безрассудного поклонника. В темноте комнаты она пытается обдумать новую реальность, а голос его в ушах словно требует объяснений....
Огромные глаза сияли, как два топаза. На щеках появился нежный румянец. Синий цвет мне был мне очень к лицу.
— Красавица, — искренне заявила портниха.
Я провела ладонями по нежной ткани и спросила со страхом:
— А сколько оно стоит?
* * *Мадам Бабетта вздохнула.
— Я собиралась выручить за него куда больше, но покупателя найти не смогла. Вам, Наташа, отдам почти за даром.
— Сколько? — переспросила я.
— Десять серебряных.
Я собралась было возразить, но потом вспомнила цены на модные наряды из документов земных архивов и чуть устыдилась.
Мадам Бабетта заметила мои сомнения и поспешила пояснить:
— Дешевле не смогу отдать. Здесь одних тканей на…
— Не нужно, — остановила я. — Я возьму. Но мне все равно понадобится платье попроще. На каждый день. Только денег у меня совсем мало.
Мадам Бабетта с облегчением заулыбалась.
— Это ничего, что мало. Я вам из ваших тканей такую красоту сошью. Совсем недорого.
"Она расстегнула пуговицы, я вынырнула из наряда и осторожно надела свое. Было жаль расставаться с этой изысканной красотой. Пусть на время, но все же.
Мы вновь вернулись в холл. Я отсчитала десять монет. Добавила еще две и придвинула к портнихе саквояж.
— Непременно сегодня вечером приходите забирать, дорогая, — вновь напомнила женщина.
— Приду.
* * *По пути домой я заглянула в «Сладкий пончик» и купила хлеба.
В лавку вернулась совершенно счастливая. Повернула табличку на двери и устроилась на кухне с молоком и хрустящей корочкой.
Я кусала кусочек за кусочком, запивала все это не магазинной отравой, а настоящим продуктом. Жмурилась от счастья и думала, что тысячу лет я не ела ничего вкуснее.
И была совершенно счастлива. Даже успела прикончить почти половину каравая, когда колокольчик звякнул первый раз.
* * *Этот покупатель был того же поля ягода, что и мой знакомый маркиз. Высокий, молодой, красивый, холеный. Только мое сердце он не заставил биться быстрее. Я лишь порадовалась, что надела с утра лучшее платье. При таких покупателях торговать в обносках Наташи Риммель было стыдно.
Я встала по другую сторону стойки и приветливо улыбнулась.
— День добрый, мадемуазель.
Посетитель снял шляпу и подарил мне улыбку в ответ.
