Автор
Каждое утро наполняется радостью и осознанием, что мир за пределами этих стен несет с собой лишь вдохновение. В окнах Лаврушки — зеленый город на фоне бескрайнего неба, где каждая секунда кажется необычайно важной и привлекательной. Задумчиво наблюдать за этим чудом природы перед тем, как погрузиться в мир книг и мыслей, становится приятным атрибутом каждого дня....
– Ради тебя я готов спрыгнуть с любой девицы по твоему первому же требованию.
Посмотрела в потолок, покачала головой и неслышно шлепнула себя по лбу.
– Чего затихла? – спросил Лавров.
– Блевала.
– Так и думал, – усмехнулся он и глубоко вдохнул, восстанавливая дыхание. – Чего звонишь-то? Соскучилась?
– Не дождешься, – фыркнула в ответ. – Дубликат ключей от моей квартиры у тебя далеко?
– Как и всегда – в одной связке с ключами от моей квартиры, а что?
– А ты далеко? – теряла я последнюю надежду.
– На скалодроме.
Так… Время почти пять часов вечера. Мне еще надо приготовить себя к свиданию: душ, масочки, нарисовать лицо…
– Я сейчас приеду. До тебя, всё равно, в три раза ближе ехать, чем в лабку возвращаться. Жди.
– А ты куда-то торопишься? – ехидно спросил Лавров.
– Так я тебе и рассказала.
– Ну, приезжай. Пытать буду.
Всего четыре остановки на автобусе, и я на скалодроме, в котором кажется холодно круглый год. Хотя, стоить увидеть, какие мужчины висят на стенах, обнажая взгляду наимощнейшие бицепсы, становится уже не так холодно, а даже немного жарко.
Прошла немного вглубь, глядя по стенам, где именно мог бы висеть Лавров. Но при моем зрении: чем выше я смотрела, тем меньше видела.
– Здорова, Саня! – крикнул мне один из друзей Андрея. – Давно тебя здесь не было.
– Привет, Матвей, – посмотрела вверх, примерно ориентируясь по звуку его голоса. – Работы много. Некогда.
– Заходи, как-нибудь, позаниматься. Лаврову зад надерешь, а то он в себя поверил последнее время.
– Иди в песочнице играй, Мотя, – словно человек-паук, Лаврушка спускался по отвесной стене, держась за страховочные тросы.
Чем ниже он спускался, тем лучше я различала его фигуру и плутовскую полуулыбку на тонких губах. И отсутствие футболки на торсе тоже.
Как всегда, как всегда…
– Эта неприступная скала – моя, – пафосно произнес Лавров и, приземлившись рядом, приобнял меня за плечи.
– Ты потный, грязный и вонючий, – оттолкнула его, брезгливо отряхиваясь.
– Я оставлю тебе пару куличиков, лузер, – рассмеялся Матвей, отстегивая себя от ремней.
– Ключи, – выставила руку ладонью вверх, повернувшись к Андрею.
– Ух, какая нетерпеливая, – нарочито нахмурился он. – Торопишься куда?
– На свидание, – хитро улыбнулась и даже поиграла бровками, надеясь на то, что это не выглядит как симптом внезапно начавшегося инсульта.
– Да? – выдохнул он удивленно и смахнул влажные пряди темных волос со лба.
