— Ну, что? — спросил Стэгг.
Врач отряхнул пыль с коленей и протер глаза.
— Все, как я и ожидал, — ответил он. — Выстрел был с расстояния примерно в шесть футов, а калибр скорее всего тридцать восьмой.
Стэгг перешел на то место, где должен был стоять предполагаемый преступник, и огляделся по сторонам, словно надеясь, что его осенит какая-нибудь идея. Но, судя по всему, этого не случилось.
— Похоже, череп у него был крепкий, — добавил врач, указав на тело, — раз пуля застряла в мозге… Смерть, разумеется, была мгновенной.
— Время смерти? — спросил Стэгг.
— От получаса до полутора часов назад.
Суперинтендант взглянул на часы.
— Сейчас без двадцати двенадцать. Значит, между десятью и одиннадцатью. Что-нибудь еще?
— Больше ничего. Его можно перенести в машину?
Стэгг покачал головой:
— Пока нет. Я обыщу его карманы, а сержант снимет отпечатки пальцев. Потом можете забирать.
Он нагнулся и стал проверять содержимое карманов Сомерса, выкладывая все найденное стол. На первый взгляд в вещах покойного не было ничего неожиданного: ключи, мелочь, бумажник с несколькими банкнотами, удостоверением личности и водительскими правами, карандаш, носовой платок, черепаховый портсигар, потертая зажигалка.
— Господи, а это зачем? — удивился Фен.
В нагрудном кармане Сомерса лежал плотно сложенный листок девственно-белой промокательной бумаги. Стэгг осторожно взял его в руки и произнес:
— В принципе, я не вижу ничего странного в том, что люди носят с собой промокательную бумагу. Мне кажется…
Но Фен выхватил у него листок и сравнил с чистой бумагой, лежавшей в блокноте на столе.
— Тот же сорт, — заметил он, — цвет и размер. — Профессор оглядел комнату. — Здесь еще несколько таких же блокнотов, и все с чистыми листами. — Обернувшись к Уэллсу, он спросил: — Ведь это вы отвечаете за обновление бумаги в блокнотах?
— Да, сэр. Я меняю их регулярно первого числа каждого месяца.
— Уэллс очень пунктуален в подобных вопросах, — вставил директор.
— А сегодня как раз первое июня…
Уэллс подтвердил его слова кивком: после того как в комнате выключили печь, он заметно оживился.
— Да. Я сменил бумагу после обеда, сэр.
— Возможно, Сомерсу просто понадобилось немного бумаги, — предложил свою версию директор, — и он вырвал ее из блокнота. Люди иногда делают так.
Но Фена это не удовлетворило. Он снова обратился к Уэллсу:
— Где вы держите новую бумагу?
— В шкафчике, в своем кабинете.
— А откуда она к вам поступает?
— Из школьной канцелярской лавки.
— Ученикам и учителям продают одну и ту же бумагу?
— А когда вы ее меняете, то кладете в каждый блокнот определенное количество листов?
— Да, сэр. По три больших листа, сложенных вдвое.
— Хорошо, — кивнул Фен.