Автор
В мирном переулке скромно прячется Лебединое озеро Ихтиандра, где все покоряются женскому духу. Здесь любят и обожают быть правильно воспитанной женщиной — лучшим другом человека, как в шикарных фразах заметил мужской голос из простенка между шкафами. В этом особняке царит атмосфера, где тихий звонок детских голосов и хруст старого парquetного пола стирают все недоразумения....
Сыр? Почему мне его дают просто так? Ох, не к добру хозяйская щедрость! Меня посадили на диету, отняли все вкусные продукты! И вдруг — кушай сыр, Черричка! Неспроста подсовывают мне ломоть, никак, Дарья в него засунула горькие таблетки от собачьего маразма! Черри пятится, на ее морде явственно видна борьба между желанием съесть сырок и осторожностью. В конце концов желудок побеждает мозг, пуделиха живо сжевывает кусок эдама и укоризненно смотрит на меня: «Так я и знала, дорогая хозяюшка! Вкуснятина с начинкой из гадких пилюль!»
Шура вскинул брови.
— Руль? Вау! Как вы его оторвали?
— Не знаю, — честно призналась я.
— Эй, вы там…!..!..! — понеслось сзади. — Сломались, так откатитесь к тротуару…!..!
Шура нахмурился.
— Слышь, ты хрен знает из какого региона приперся в Москву — и не чирикай! Вали тихо мимо, пока ментов не позвал твою регистрацию проверить. Разорался тут, урюк! Не видишь, блондинка за рулем? Где ей ум взять? Объезжай, твоему Рубикону места хватит!
Кудрявый шофер ухитрился за секунду дать оценку всем: гастарбайтеру, мне и машине таксиста.
— Рубикон — это река, — вздохнула я, — отсюда пословица: «Жребий брошен, Рубикон перейден». Вы, наверное, хотели сказать Буцефал. Так звали коня Александра Македонского.
Выпученные глаза Шуры парадоксальным образом стали еще круглее.
— Может, я и запутался в лошадях, но руль оторвала ты, — парировал он.
— Не знаю, — прошептала я.
— Муж жадный? — с жалостью поинтересовался парень. — Сбросил тебе рухлядь?
— Автомобиль вполне приличный, — защитила я «Николая Ивановича», — на первый взгляд как новый."
"— С виду все молодые, — тоном философа объявил Шура, — а поковыряй внутри, найдешь цирроз аппендицита.
— Печени, — некстати поправила я, — цирроз в печени.
— Да и фиг с ней, — вздохнул Шура, — гаечный ключ есть?
— Такой длинный, железный, с дырочками? Понятия не имею, — ответила я.
— Во! А выпендриваешься, — укоризненно покачал головой Шура. — Клички коней ей не нравятся, цирроз у аппендицита не бывает. Сильно тебе сейчас ум-то на дороге помог? Открывай багажник.
— Не знаю как, — пискнула я.
Шура потер затылок.
— Да просто! Вот так.
Водитель наклонился и сунул руку под торпеду, послышался скрип.
