Автор
В мирном переулке скромно прячется Лебединое озеро Ихтиандра, где все покоряются женскому духу. Здесь любят и обожают быть правильно воспитанной женщиной — лучшим другом человека, как в шикарных фразах заметил мужской голос из простенка между шкафами. В этом особняке царит атмосфера, где тихий звонок детских голосов и хруст старого парquetного пола стирают все недоразумения....
— Честное благородное слово, — заверила я, — она выпущена во Франции, обладает невероятным спектром функций. Короче, коляску сперли, владелец хочет не просто вернуть ее назад, но и наказать вора.
Поповкин моргнул, а меня понесло.
— Лауру — так назвали инвалидное кресло — приобрел очень богатый человек. Потом его дом ограбили, вместе с золотом-бриллиантами уперли и коляску. След привел сюда. Меня прислали осмотреться, я прикинулась больной, села в Лауру и показала ее законному владельцу, тот признал свое имущество.
— Круто, — сказал Поповкин, — и что делать будешь?
— Завтра, вернее, уже сегодня поеду в одну мастерскую по ремонту бытовой техники, — лихо солгала я, — след ведет туда. А ты чем займешься?
— Продолжу изучать обстановку на месте. Пока здесь все шоколадно, но я в это не верю, — без задержки ответил Николай. — Будем делиться информацией?
— Непременно, — ощущая себя лицемеркой, заверила я журналиста, — заключим союз!
Завтрак прошел вяло, хозяева без конца зевали.
— Сковородка дурацкая, дорого стоила, но я купил, разорился на алмазное напыление. Ага! Напылят они бриллианты! Получите угли вместо омлета!
Когда подали кофе, Эдуарду позвонили, он взял трубку и поспешил в коридор. Я тоже решила уйти и откланялась.
Борис меня не подвел, на сей раз он пригнал крошечную иномарку цвета взбесившейся канарейки.
— Она без фокусов? — осведомилась я. — Не разговаривает, не танцует, не декламирует стихи, не скачет по канату?
— Нет, — заверил Боря, — просто ездит.
Я пришла в восторг.
— Отлично.
Из двери высунулся Николай Ефимович, поманил меня пальцем и, не забыв прикинуться беспамятным склеротиком, попросил:
— Катюша, подойди.
Я поспешила на зов.
— Эдуарду только что звонили из больницы, — прошептал Поповкин. — Сказали: если у Кости есть родственники, им лучше приехать, чтобы успеть с ним проститься.
— Спасибо, — тихо поблагодарила я.
— Надеюсь на ответную любезность, — сказал Поповкин.
— Не знаешь, что ответил врачу Эдуард? — поинтересовалась я.
— Правду, — промямлил Поповкин, — Костя сирота.
Я вернулась к автомобильчику и увидела около него Патрика.
— Симпатичный, типично женский вариант, — улыбнулся психолог.
— Не люблю слишком яркие машины, — призналась я. — Эту взяла во временное пользование.
