Автор
В мирном переулке скромно прячется Лебединое озеро Ихтиандра, где все покоряются женскому духу. Здесь любят и обожают быть правильно воспитанной женщиной — лучшим другом человека, как в шикарных фразах заметил мужской голос из простенка между шкафами. В этом особняке царит атмосфера, где тихий звонок детских голосов и хруст старого парquetного пола стирают все недоразумения....
И вновь никто не бросил в Николашкина камень. Всем было известно, как преданно он заботился о первой супруге. Люди, несомненно, желали им счастья, но тут совершенно неожиданно ополоумела Марина. Пока Таня не имела официального статуса жены, девочка общалась с ней нормально. Стоило той поставить в паспорте штамп, как Марина сделалась агрессивной. Иначе как «эта дрянь» она теперь мачеху не называла.
Ангелина вздохнула и продолжила:
— Мы все думали: девчонка затосковала по матери. Пройдет месяцев шесть, она успокоится, одумается.
Но у Марины начисто отшибло ум. Она стала закатывать такие истерики, что один раз Павловы, живущие через стену от Николашкиных, были вынуждены вызвать милицию.
Один раз Ангелина Петровна не выдержала, окликнула Костю, когда тот гулял во дворе, и с укоризной сказала:
— Некрасиво ругать тетю Таню, посмотри, она тебе новые кроссовки купила!
Константин глянул на ноги и ответил:
— Танька злая! Она убила маму! Отравила яблоком, потому что мамочка красивая, а Танька уродина!
— Вот дурак, — всплеснула руками домоуправ, — жизнь со сказкой перепутал.
— Злая Танька убила маму, — упорно повторил Костя, — ее надо ненавидеть! Из дома прогнать!
— Да кто тебе сказал? — вскипела Ангелина.
— Ари, — бесхитростно ответил несообразительный мальчик, — она мне кроссовки купила, а не злая Танька.
Ангелина Петровна насторожилась. Ей сразу стало ясно, что девушка велела брату-дурачку сделать гадость.
— И за что?
Костя захихикал.
— Злой Таньке в чай надо порошок кидать. У нее потом голова болит. Вот так.
Мальчик схватился за виски.
— А-а-а! Еще тошнит, и комната кружится! А-а-а!
Домоуправ запаниковала и рассказала о беседе Михаилу.
