Автор
В мирном переулке скромно прячется Лебединое озеро Ихтиандра, где все покоряются женскому духу. Здесь любят и обожают быть правильно воспитанной женщиной — лучшим другом человека, как в шикарных фразах заметил мужской голос из простенка между шкафами. В этом особняке царит атмосфера, где тихий звонок детских голосов и хруст старого парquetного пола стирают все недоразумения....
Передай Бурдюку, что он идиот! А тебе советую перестать пользоваться его услугами. Пока ты выглядишь привлекательно, но лет через «дцать» превратишься в ходячий ужас. Включи вечером телик, полюбуйся кое на кого из наших кинозвезд и сделай выводы.
Ари примолкла, но потом решила продолжить спектакль:
— Хозяйка сейчас разозлится!
— Некогда мне глупостями заниматься, — вздохнула я, поглядывая на желтую букашку.
Ну как Бурдюк узнал, на какой машине я передвигаюсь? Борис пригнал тачку только утром.
Ари юркнула в толпу.
— Девушка, вы уронили кошелек.
Я машинально посмотрела под ноги, ничего не увидела, подняла взор и попятилась. Перед моим лицом тряслась красная тряпка, такая огненно-пунцовая, что в виске сразу закололо, а из желудка начала подниматься тошнота. Глаза зажмурились сами собой.
— Вам плохо? — спросил заботливый и знакомый баритон. Мой нос ощутил невероятно въедливый запах духов «Миртель».
— М-м-м, — простонала я, пытаясь справиться с дурнотой, которая стала совсем невыносимой.
— Бедняжечка, минуточку, вот, держите.
В руки ткнулась прохладная бутылка.
— Выпейте, — настаивал мужчина, — это сразу поможет. Вам станет хорошо, тепло, уйдет страх, страх, страх…
Я попыталась поднять веки, но их словно намазали клеем.
— Попробуйте, Дашенька, — шептал баритон, — ну же, вот так, хлебните.
Моя рука помимо воли стала подниматься, горлышко коснулось подбородка, а голос все продолжал:
— Еще чуть-чуть, и вы сможете отпить… ну… ну… ну…
Бутылку неожиданно вырвали из моей ладони, вкрадчивый баритон замолчал, его сменил крик Дегтярева:
— Вали его…, парни!
Я вздрогнула.
Меня потрясли за плечи.
— Ты как?"
"Я неожиданно легко открыла глаза и увидела полковника и Леню Ковалева. На земле, лицом в асфальт, лежал мужчина в джинсах и красной, словно свежая кровь, рубашке.
— Жива? — спросил Леня.
Я кивнула.
— Да! А как вы сюда попали?
— Приехали вон на той большой машинке, — сказал Ленька.
