В мрачной атмосфере Лед твоих объятий, действие разворачивается в мире где смерть стала вечной, но жизнь продолжается. Без счета дней пройдет ни одна несчастная душа не может покинуть ледяные границы существования. Жить или умереть - выбор без выхода для невидимого множества душ....
Чтобы он подошел ко мне или чтобы ушел. Сердце громко стучало в груди, и мне казалось, что этот грохот разносится по всей комнате.
Шарг! Чего он ждет? Что ему нужно? Почему он ничего не предпринимает?
Кимли постоял еще немного, сделал неуверенный шаг по направлению к кровати, но тут же остановился, замер, а потом резко развернулся и ушел.
Я выдохнула, сама не зная, радоваться этому или огорчаться.
Подошла к постели, села и уставилась в темноту. Что ж, буду надеяться, что все к лучшему. Да. Именно так. И нет нужды думать о том, как все могло бы быть, не захлопнись за Кимли доргова дверь.
Я укрылась одеялом, плотно зажмурила веки и приказала себе выкинуть из головы посторонние мысли. Все. Уже завтра я буду дома. А там… Друзья, общение, веселье. Вечное брюзжание папы, милая рассеянность мамы, язвительные подколки Мартина. Моя привычная и до мелочей знакомая жизнь.
Нет, определенно, лучше уехать. И пусть Кимли сам справляется с теми ледяными духами, что терзают его душу!
Рано утром я улетела в Сарту.
Себастиан Кимли
Он расхаживал по кабинету и пытался сосредоточиться на предстоящей встрече с Феради, но невольно отвлекался на мысли о жене.
Когда Ребекка уехала, он думал, что наконец вздохнет с облегчением и сможет забыть о надоедливой занозе. Но уже через неделю понял, что то и дело вспоминает какие-то мелочи, связанные с супругой, машинально прислушивается, надеясь услышать нежный высокий голос, постоянно натыкается на ее вещи, так и оставшиеся в его покоях. И ощущает непривычную пустоту. Как ни странно, пока Ребекка жила в особняке, тот казался совсем не таким огромным и холодным.
– Лорд Феради, – доложил секретарь, прервав его размышления.
– Себастиан, ты не рад меня видеть?
Джерад, приветливо улыбаясь, вошел в кабинет, а у него засосало под ложечкой. Улыбающийся Феради – это стопроцентная гарантия назревающих проблем.
– Ну что ты, друг! – губы растянулись в улыбке. – Я просто счастлив, что ты выбрался из своего управления. Помнится, раньше ты редко покидал его стены.
– Все мы с годами меняемся, Тиан, – усмехнулся глава разведки.
– Лайонел, сделай нам чай.
Он посмотрел на секретаря, и тот понятливо кивнул в ответ. Что ж, Нела учить не нужно. Запишет разговор в лучшем виде.
– Ну, садись, рассказывай, с чем пожаловал. – Он указал гостю на кресло, а сам расположился за столом.
– Хотел кое-что показать, – небрежно ответил Джерад.
На темное дерево столешницы легла стопка фотографий.
– Гробница Терроса? – Он удивленно посмотрел на Феради.
