В мрачной атмосфере Лед твоих объятий, действие разворачивается в мире где смерть стала вечной, но жизнь продолжается. Без счета дней пройдет ни одна несчастная душа не может покинуть ледяные границы существования. Жить или умереть - выбор без выхода для невидимого множества душ....
Дорг подери, четыре утра! Он не собирается вставать ни свет ни заря, чтобы кормить какого-то щенка.
– Я же знаю, что ты уже проснулся!
Да, наглости Ребекке не занимать!
– Кто из нас шаэри – ты или я? – не открывая глаз, поинтересовался он.
– Шанти не хочет пить козье молоко, – пожаловалась Бекки.
Щенок звонко тявкнул.
– И в чем проблема? Налей в бутылку коровье.
– Легрэ сказал, что его нужно поить козьим, оно полезнее.
– Ребекка, это твой зверь, ты притащила его в дом, ты с ним и справляйся.
Он решительно повернулся спиной к происходящему и попытался уснуть.
Шанти взвизгивал, упрямился, скулил…
Не выдержав, он поднялся с постели, забрал у Ребекки бутылочку и строго посмотрел на щенка:
– Иди сюда.
Малыш смешно набычился и помотал головой. Круглые глазенки сверкнули синим льдом.
– Шанти, я не шучу.
Бесполезно. Упрямое создание посмотрело на свою шаэри и жалобно заскулило. Маленький хитрец!
Пришлось задействовать ледяную силу, которой малыш пока еще не мог сопротивляться. Потом, когда арс подрастет и научится управлять своей сущностью, его волю уже не получится сломить так легко.
Ребекка прижала щенка к себе, а он поднес к нему бутылку.
– Давай, малыш, попробуй, – прошептала жена.
Шанти поймал губами соску и неохотно зачмокал, всем своим видом выказывая, как тяжело ему пить густое, ароматное молоко. Ну да, арсы не любят запах коз. Но что делать, если только козье молоко способно заменить малышу молоко матери?
Он держал бутылку, а сам наблюдал за лицом жены. Нежным, трогательным, чуточку встревоженным.
Унаши сатар! Что за глупости? Он нахмурился. Еще не хватало…
– Держи, – передал он бутылку Ребекке. – Дальше сама справишься, – недовольно буркнул и пошел в ванную, где долго стоял под ледяным душем.
Глупо. Какой ребенок? Не нужны ему никакие дети.
Вспомнился выступающий живот Анны. Ее задумчивое лицо, легкая, едва заметная улыбка, искрящиеся мягким светом глаза.
Он с силой потер лоб, словно пытаясь стереть горечь отчаянных воспоминаний. Как же он тогда ошибался! Глупый, эгоистичный подонок! Превратил жизнь всех, кого любил, в настоящий Реос! А сейчас разнежился.
