Ты стоишь перед школой с Богдановым, обдумывая месть за то, что твоя подруга оказалась влюбленной в директора. Твои мысли о предательстве и отчаянии рисуют непростую атмосферу. Здесь ты будешь выбирать между мстой и щедрыми поступками, заставляя читателей задуматься о взаимодействии добра и зла в сердечной лабиринте отношений....
За домом, минутах в десяти, в самом деле оказался ручеек. Маленький, едва заметный. Рядом с ним росли две высокие ивы и пара берез. Никогда не скажешь, что все это находится на территории чьего-то дома.
– Неплохо, скажи? – спросил Арс, когда мы остановились. Солнце медленно садилось, и небо покрылось малиновым цветом. Я подняла голову, вдруг накатила волна грусти. Сейчас рядом должен быть Тим, а не его лучший друг. Да, Арсений потрясающий собеседник, и тем у нас много. Но…
– Маша, – Арс наклонился, и я невольно отступила.
– Что, прости? Задумалась просто. Небо такое яркое.
– Да, закат бесподобный.
– Часто проводите здесь выходные? – спросила первое, что пришло в голову.
– Я нет, а Тим… ну, бывает. Ему вообще везде рады. Он хоть и не болтливый, но людей к нему магнитом тянет. Никогда таких не встречал.
– Вот как...
– Слушай, Маш… – Арсений провел рукой по светлым коротким волосам. Глаза его переливались от лучей заходящего солнца.
– Говори, не стесняйся.
– Ты… наверное, сложно быть дочкой директора, – произнес он, немного помедлив.
– Ну… – я пожала плечами, пытаясь припомнить, с какими сложностями сталкивалась. –Папа просто немного строже… Постой, это Тим тебе сказал, что мой папа директор?
– Да, мы же в одной школе с ним.
– Понятно. Ну… не знаю, никогда не ощущала особых проблем на этот счет. А что?
Арсений как-то многозначительно вздохнул. Будто его что-то гложило, и это что-то было чертовски важным. Он закинул руки в карманы, прикусив нижнюю губу. Нет, в нем не было ни капли неуверенности. Скорее, терзания. Так бывает, когда стоишь на распутье: шаг влево или вправо. От этого шага зависит твоя дальнейшая жизнь. Казалось, Арс не знал, в какую сторону пойти.
– Знаешь, – спустя минуту Арсений снова заговорил. Мы все еще стояли возле ручейка. Ветер становился прохладнее, и я скрестила руки на груди. – Иногда бывают такие события, когда ты попадаешь в водоворот. И вроде ты не виноват ни в чем, а почему-то оказываешься в эпицентре.
– К чему ты клонишь?
– Однажды я пришел в класс, а мне объявили бойкот. Это было в седьмом вроде.
