Жаркая ночная дуэль на грани бедствия — вот как начинается эта книга "Леденцы босоногой графини". Графиня обречена жить между ужасом и безнадежностью, а её мужчина превращает дом в ад. Давайте узнать, как она сумеет выжить и отомстить за все уничиженные годы...
— А жестяных банок под печенье у вас случаем нет? — решаюсь уточнить ещё и важную деталь для хранения изделий.
— Есть, разные, шесть штук осталось с зимы, обычно в них печенье на подарок упаковывают.
— Беру всё.
И тут же поворачиваюсь к мужу и шепчу, завтра посмотрим, если вернёмся в усадьбу, то наймём извозчика, мы уже много чего важного купили, а ещё продукты, у нас в доме-то вообще ничего нет. Кроме того, нужны ещё приличные вещи Мише.
— Да, конечно, наймём. Покупай всё, что тебе нужно.
Ну я и купила. Пришлось раскрутить одну из скруток с бумажными деньгами из тайника.
Вечером мы поужинали в гостинице и разошлись по своим комнатам, я к себе, а Миша и Даниил к себе.
Брачная ночь и вообще вся романтика у нас поставлена на паузу, по понятным причинам.
Говорить о совместной жизни легко, а перейти к реальным шагам — очень сложно.
Я не готова.
А он боится всё испортить.
— Я должна сейчас продумать рецептуру, чтобы понять, какие ещё ингредиенты нужно купить завтра.
"— Спокойной ночи, — наклонился и поцеловал, но так невинно, что даже обидно.
До ночи просидела с листами бумаги и карандашом, примерно расписала рецептуру, медового леденца, молочного.
Поняла, что нужно купить крахмал, хотя бы немного, чтобы молочные леденцы делать чуть гуще и плотнее.
А потом записала в список новую ступку и пестик. Появилась идея, обломки некондиции растолочь и сделать сахарную пудру.
Жаль, что в этом мире нет пластиковых пакетиков для упаковки.
Но как вариант можно купить немного папиросной бумаги.
Я ощутила себя вдохновлённой. Это такое странное и новое для меня ощущение наполненности, словно мне подарили «Конструктор новой счастливой жизни» и с ним можно делать такие волшебные вещи, от которых захватывает дух.
Мне в прошлой жизни вот этого полёта не хватало.
Долго не могла заснуть, кажется, Петрович лежит за стенкой и обо мне думает. Свалилась на него баба с ребёнком и бедами, и в одночасье оженила на себе.
А с другой стороны, если у него реально были по службе проблемы, то я для него вообще подарок.
С этими мыслями, довольная, несмотря ни на что, уснула как младенец.
