Автор
Серафима с головой погружается в усталость после рабочей смены. Высокие каблуки уже раздражают ее ноги, и на диване она расслабленно отключает мир. Оставшись одна без начальницы, Серафима может позволить себе забыть о формальных ритуалах и полететь в мир мечтаний.
Тут действительно стоит подумать, прежде чем открывать свой рот, полный идейных предположений."
"Это у меня с Потаповым словесный понос и головная боль «после». Потому что начинается откат, и я много думаю над тем, что могла же сказать иначе без двойного подтекста.
— Займись с ним сексом, — непринуждённо даёт мне она совет. — Я видела, как он смотрел на твои сиськи.
— Что ещё ты видишь? — теперь моя очередь поднимать градус своего настроения. Глоток. Приятное тепло пульсирует в солнечном сплетение, а потом резко опускается в пищевод.
— Фим, ты глаз с него не сводишь. Облизываешь взглядом, будто он – шоколадный кекс на витрине, а ты на строгой безуглеводной диете.
— Ну-у-у, раз пошли такие откровения, — делаю ещё один глоток. — Давай поговорим… — ещё один глоток для расслабления. — Михаил Михайлович как идеальный экспонат в музее. Прийти в красивой одежде, посмотреть на образчика мужественной красоты на расстоянии, сделать фотографию на память… А потом вернуться домой, надеть халат в цветочек и слопать пачку жареных пельменей.
— Не гони! — Лёля аж похрюкивает от смеха.
— Отчего же, — плечи сами собой опускаются. — Подруженька, где он, а где я?.. Рассмешить его могу до икоты и довести до беспамятства своими приключениями на свою “Ж” пятьдесят второго размера.
— Критика – дело гиблое, — поднимает она на кончике пальца кусочек сыра.
— А у тебя, что с Алексеем?
— Он позвал меня с ним выпить кофе в городе.
— Согласилась?
— Мне два раза повторять не нужно, — с поволокой заглядывает в мои глаза.
— В нашем возрасте не стоит говорить о «нашем возрасте», особенно у гинеколога, — подмигиваю ей.
Освободив налитую грудь от стесняющей одежды, услышала сдавленный низкий стон.
Мысленно отмахиваюсь от странного предчувствия, но трусы при этом на себе оставляю.
Расположившись на воде звездой, смотрю на небо и звёзды.
Лёля рядом в такой же позе.
Повернув голову в сторону, подмечаю на её лице глубокую межбровную складку. У меня такая же. И думает каждая из нас о «своём мишке».
Мне кажется, что я задремала под мерное водное течение, потому что Лёля уже откровенно меня трясёт за плечо.
— В кустах, — испуганным шёпотом. — Я видела кого-то в кустах.
— Медведь там, — специально пугаю её.
