– Только мне стоит побеспокоить Крайста?
– Хотите оказаться на месте Фаморы, леди? – вкрадчиво уточнил Эдуард, и интонации в голосе живо напомнил мне ту аудиенцию в его старом кабинете по поводу найденного письма заговорщиков. – Я могу это устроить.
– Ты же не… – побледнела я.
Эдуард смотрел мне прямо в глаза. И в его взгляде светилась решимость. Мне стало не по себе. Убедившись, что я впечатлилась, он снял запирающее заклинание с двери.
Оглянувшись на меня, он напоследок бросил мне:
– Займитесь своим даром, леди Аддингтон. И праздничным балом. Это последнее предупреждение.
Дверь за его спиной захлопнулась со зловещим стуком.
Я упала на обратно на подушки, все еще хранящие запах корицы.
Бодрое, однако, выдалось утро. Продуктивное.
И выспалась, и много нового узнала, и с королем поцапалась.
«Займитесь своим даром».
В спальню постучалась горничная. Судя по ее круглым глазам, по дороге ей встретился его величество. Ей явно очень хотелось задать мне вопрос, но она не решилась.
В отличие от Клары, которая появилась, когда я уже была готова к завтраку.
– В герцогстве новый гость? – нейтрально уточнила она.
Не поднимая головы от шкатулки с артефактами, я проворчала:
– Или старый хозяин.
Интересно, его величество еще занят своими делами, или он присоединится к нам в столовой?
Ума не приложу, как себя с ним вести.
Не друг, не враг, не любовник, не жених.
Может, стоит запоздало вспомнить, что он король? Что на этот счет говорит нам этикет?
– Амелия, тебе тут кое-что передали, – все-таки оторвала меня Клара от поисков той самой броши, что подарила мне Алиска.
Передали? Кто?
Я подняла глаза на зеркало, в котором отражалась компаньонка, стоящая за моей спиной. Она была не с пустыми руками.
Похоже, этикет волновал только меня.
Цветы. И обтянутая бархатом коробочка.
Глава 46
За завтраком царила странная атмосфера.
Сам факт того, что к нам присоединился Эдуард, делал его необычным."
"Кроме отца и меня, все, сидящие за столом, старательно поддерживали непринуждённую атмосферу. Однако светская беседа терпела крах, когда наступала моя очередь включаться в разговор.
После скандального утреннего подношения, принесенного Кларой, которое можно расценить лишь совершенно однозначно, я, обозлившись, приняла решение не отступать от протокола в общении с Эдуардом. И даже мысленно старалась его называть только его величеством.
Жаль, это слабо помогало успокоить бушующие эмоции. Меня ранили и несправедливые упрёки, и скрытность того, кого я с большим трудом заново впустила в свою жизнь и в своё сердце. Игра его величество на моих чувствах задевала меня, а уж возмутительный подарок…
В коробочке поверх изящного колье с изумрудами лежало послание.
Ну как послание… Пара слов, написанных знакомым, летящим почерком.