Уединившись в своем будуаре после напряженного дня, главная героиня позволила себе выпить гораздо больше, чем обычно. Было душевно грустно и уныло, хотя она по-прежнему пыталась скрывать эти чувства. Каждый бокал вина лишь усиливал ее ощущение бесконтрольности ситуации, которая давила на нее как камень отвесный....
Новость о скорой женитьбе Джера стала поистине сокрушительной, и единственное, на что меня теперь хватало, – просто держаться на ногах.
В какой-то момент Джервальт приблизился, приобнял за талию и даже начал что-то говорить, но я уже не слышала. В голове вертелось неправильное, бессмысленное и глупое: «Предатель»! Да-да, я не имела права на какие-либо претензии, но…"
"Потом всё смолкло, а Джер повёл прочь с балкона. В небольшой зал, примыкавший к арке, тот самый, где ждали министры. И куда привели мою столь не вовремя вернувшуюся в столицу семью.
Один взгляд на папу, и я очнулась. Вспомнила о том, что я как бы героиня, и вообще сильнейшая магианна королевства, а значит, можно собой гордиться, только гордости не было. Я слишком хорошо знала собственного родителя, чтобы не понять – ему известно обо всём!
И про назначение на должность «личного почётного секретаря», и про все последующие позорные приключения. Про наши с Джером вопиющие прогулки по городу, про посещение мною тренировок, где демонстрировались обнажённые мужские тела, и вообще про всё.
Папа знал! Ему доложили! Я видела по его лицу! И…
– Добрый день, ваше величество! Ваше высочество, – сказал герцог Граньонский. Он учтиво поклонился Джервальту и Эрилару.
Мама с Селестией слаженно присели в реверансах, при этом мама успела метнуть в меня взгляд, и стало ещё хуже.
Можно я воспользуюсь заклинанием невидимости? А в идеале – слевитирую с балкона и сбегу?
– Очень добрый! – радостно воскликнул Эрилар.
Вопреки всем протоколам король протянул отцу руку, а когда тот ответил на рукопожатие, сделал шаг вперёд, заключив герцога Граньонского в объятия, и дружески похлопал по спине.
– Как ты вовремя, – добавил его величество. – Очень вовремя!
Угу. По мне всё с точностью до наоборот.
– Ваша светлость… – Джер тоже шагнул вперёд. – Предлагаю обойтись без расшаркиваний и перейти сразу к делу. Я прошу у вас руки вашей дочери.
В зале и до этого было тихо, а теперь тишина стала прямо-таки абсолютной. Перед моим мысленным взором мелькнула высокая стопка досье на принцесс соседних стран и знатных красавиц нашего королевства. Короткий взгляд на Селестию, которая заметно побледнела, на ещё более бледную маму, и…
– Хм… – сказал отец сдержанно. – У меня две дочери, ваше высочество. О какой из них речь?
Всё. Обморок стал ближе, чем когда-либо, даже в глазах потемнело.
